Экзекутор Погружение

Но окровавленное лицо почему-то настырно лезло в память, стараясь испачкать кусочки счастья.

Как сказал Андрей? Кто-то рождается, а кто-то умирает? Процесс идет непрерывно…

Да наплевать – это всего лишь игра. И Серега на самом деле жив, а мне показали только компьютерный муляж. Тот же самый Потрошитель подкинул скример в виде орущего трупа, так почему же он не мог подсунуть и вид мертвого серафима?

Я даже не сразу понял, что додумываю слова Андрея – мозг старался найти правдоподобное объяснение, и это было оптимальным вариантом.

Нет, надо отвлечься и… А чем черт не шутит – попытаться бухнуть мне никто не запрещал. Вдруг Андрюха только пугает?

Я зашел в магазин по соседству, долго стоял у витрины и всё-таки купил бутылку «BlackLabel». Чтобы виски не скучало в одиночестве, я взял большую бутыль «Кока-колы». Если Мария Дмитриевна и откажется, то сам буду потягивать коричневую смесь и просто радоваться жизни. Буду строить планы на будущее.

На улице на глаза попалась реклама Вселенной «L.i.L», и память тут же услужливо подсунула курган из мертвых тел.

Твою ж ма-а-ать!

– Эй, сосед, угостишь сигаретой? – окликнули меня со скамейки.

Я вздрогнул. Рука автоматически сжалась на несуществующей рукояти, а глаза метнулись к источнику звука. За долю секунды просканирована местность, и ноги напряглись, чтобы в следующий момент уйти с линии огня. Мозг зафиксировал наличие живых существ и начал работать в рабочем режиме.

Двое на деревянной скамье.

Фигуры расслаблены, вперед не подаются.

На бросок не ориентированы, хотя левый чуть склонил голову.

Руки на виду. Оружия не наблюдается. Лица спокойны. Время на полную ликвидацию – три секунды.

Всего лишь два прыжка вперед, провести крюк в висок левого человека. Подъемом стопы в подбородок правого, чтобы позвонки хрустнули, и локтем в кадык…

Я заставил себя выдохнуть и опустить плечи. Узнал соседа с нижнего этажа. Вроде бы его звали Иваном. Или Игорем?

Проблема больших городов заключалась в полном равнодушии к соседям.

Игорь-Иван был среднего телосложения, с сединой на висках, пальцы рук – в несмываемой грязи из-за работы автослесарем. Второго я не знал, хотя видел несколько раз во дворе. Толстенький мужик неопределенного возраста. Такому Колобку можно было дать и двадцать девять, и сорок три одновременно.