Орден-I

Мы ничего не придумывали. Просто описывали то, что видели, пускай с искажениями, проблемами восприятия, «испорченными телефонами» и долей преувеличения.

— Стоп, — отрезал Лиам. — Думаете, я вам поверю? Если всё это, как вы говорите, существует, то где оно? 

— Ближе чем, ты думаешь, — вернулся полковник. — Ты же сам всё видел.

Лиам заткнулся.

— Существование Врат порождает массу проблем, — продолжил профессор. — Похоже, Древние были на том этапе развития, когда из их культуры исчезло само понятие конфликта.

Думаю, они были уверены, что делают доброе дело, и все мы будем жить в мире и согласии, помогать друг другу и развиваться совместно, как добрые соседи. Но дела обстоят немного не так.  

 Всё это время Лиам внимательно наблюдал за собеседниками, и тщетно пытался найти в их поведении, мимике и жестах какое-то несоответствие. Но полковник и профессор верили в то, что было озвучено.

— Лиам, мы окружены, — сокрушался Калхун. — Миллиардами конкурирующих видов, для которых мы просто куски мяса, животные, насекомые или даже бездушные предметы.

А некоторые пройдут по нам и даже не заметят. И мы никак не можем на это повлиять. Эти двери не закрыть.  Вот что тебе предложил Карл. Вот какую спасительную ветвь он тебе бросил. Мы никакой не венец природы, мы не величайшая нация, мы никто. Муравейник посреди лесного пожара. 

— Вот и дери тебя чёрт, Калхун! — криво усмехнулся полковник, профессор возмущенно округлил глаза, громко и резко поставил стакан на стол, хотел что-то добавить, но полковник небрежным жестом прервал его: — Ничего такого, Лиам.

Ты же знаешь, как всё работает и как всё устроено, ты всё сам видел. В нашей природе быть хищниками и драться друг с другом за кусок мяса и путь к водопою, просто теперь ты знаешь точно — мы не единственные хищники.

— И что? Бог тоже существует? — помолчав, спросил Лиам.

Внутри ещё теплилась надежда, что всё это долгий наркотический сон. Если он проснётся, то больше никогда не поддастся на уговоры своего пушера попробовать этот «космический коктейль».

Но кривая ухмылка полковника и полупьяные глаза профессора никогда не исчезали.

— Бог? А ты хорош! Гены берут своё. С Богом всё становиться несколько сложнее, — профессор уважительно посмотрел на Лиама и улыбнулся. — Мы думаем, все религии мира говорят об одном и том же. Сотворение и Начало. Разные народы использовали привычные им понятия и определения, чтобы описать этот процесс.