Орден-I

Аристократы-ночные серфингисты и любители кенгуру, нью-эдж, мать его. Не сильно интересные парни. Но влиятельные. Вот такие вот… кровавые пироги. 

— И как они вообще? Похожи на нас? — нахмурился Лиам.

— И да, и нет. Сложный вопрос. С одной стороны все наши понятия они понимают, во многом ведут себя как люди и говорят как люди. Но с другой стороны, ты для них — поросёнок, и они убьют тебя, если захотят бекона. Это немного выносит мозг поначалу.

— И как они же питаются?.. Охотятся на людей? Вы это позволяете, что ли?! — не мог поверить Лиам.

— Да. Пока они ведут себя вежливо, и никто из людей не страдает. Им не нужно причинять вред, чтобы удовлетворить свои потребности. У них своя общественная система, есть свои старейшины, воспитатели, службы безопасности, шерифы и прочее. Если кто-то срывается с поводка — его просто ликвидируют без суда и следствия. Мы не лезем — они сами справляются. Но приглядываем.

— Понятно... С чем ещё мне предстоит столкнуться?

— Даже боюсь предположить. Разберёмся в процессе, брат! У нас на работе возможно всё, в прямом, курва, смысле этого слова.

Не всё так плохо и мрачно, не парься. Бывают и светлые моменты, — впервые улыбнулся Йован и они выпили.

— Выглядел как человек. После, — вздохнул Лиам.

— Именно так, Лиам. Все они люди. Проклятые, затерянные, больные, опасные, воняющие, жалкие. И многие нелюди — тоже люди.  Твоя работа защищать их всех от зверей. Таких, как сегодня. И то, что тебе плохо от этого, делает тебя человеком. Ты нормальный парень.

Спасибо, что спас мою шкуру. Не хворай.

Йован неожиданно встал и, не прощаясь, вышел из бара.

***

— Как прошел мой первый день?.. Сложный вопрос. У меня не было времени на анализ происходящего. Нам, правда, нужно обсуждать всё это?

Прошла неделя, и Лиам оказался на приёме у местного психолога, красивой и тёплой женщины чуть за тридцать. Мадалин. Если, конечно, это её настоящее имя.

Чувство нереальности происходящего только усилилось. Лиам пытался играть свою роль и мял роскошный красный диван, оглядывал высокие, вылизанные белые потолки, роскошный стол из дерева и не мог найти себе места.

Он старался не смотреть на ноги и юбку своего психолога. Что-то в ней было притягательное. 

 —  Лиам, моя задача состоит в том, чтобы помочь тебе адаптироваться и сгладить те острые моменты, которые возникли в твоей новой жизни, — голос Мадалин был похож на мягкий ром, перемешанный с колой, льдом и лаймом.

Лиам хотел помочь. Но говорить было нечего.