Пофигистики

— Вы думаете, что это сверхсекретный режимный объект? Да я вас умоляю! Тут только мы. 

— Ну, это ладно… А как же работа?

— Наш отдел расформировывают. Было бы, что расформировывать, конечно… Ну, вы сами всё видели, там три коробки, две из которых я принесла. Всё барахло перевезут в Петербург, чтобы здесь не носились с этой рухлядью. Сами подумайте, целый этаж под такую х… А, не важно. В общем, я решила уволиться. Надоело! Зарплату за прошлый месяц не выдали, а вот дисциплинарное взыскание… Держи, Брун, на тебе в обе руки! Ну, ничего, не сегодня-завтра придёт мой жених и похитит меня.

Если хотите, мы и вас с собой возьмём. Будет весело! 

Вспомнив слова Прядильщика о свадьбах огров, охотники поспешили заблаговременно отказаться от столь заманчивого предложения. 

***

Прокураторы бессмертны. Это их дар, это их бремя. Однако Августа так устала… Сидя за утопающим в бумагах столом, она нервно теребила в руках верёвку и изредка бросала загадочные взгляды на люстру.

Денис, немного накуренный, но по-прежнему всё замечающий, странно уставился на женщину. Наклонившись к Коляну, он одними губами прошептал:

— Она не буйная? Не сочти меня грубым, но мне кажется, что в её голубятне очень жирные тараканы водятся.

Получив ощутимый тычок под рёбра, парень, на мгновение забывший, как дышать, понял, что ему пока лучше держать язык за зубами. Метаморф злился на него из-за травы. И сколько Денис не объяснял, что во всём виноват Паштет, ему не поверили.

 

— Здесь все требования? — спросила Августа, не справляющаяся с нервным тиком.  

Колян закусил нижнюю губу. Ему бы хотелось промолчать, но тайное равно или поздно станет явным… Прокуратор поняла всё без слов. Стараясь держать лицо, она пообещала на досуге поразмыслить над тем, что кропотливо собрал Денис. 

Кажется, Совет двенадцати прибывал в растерянности. Метаморф, искренне сочувствующий рядовым чародеям, ощутил укол совести, но быстро одёрнул себя.

Так или иначе, а проблему можно было урегулировать раньше и обойтись малой кровью.

Глава девятнадцатая. Пособие по свержению диктатур

Звёздное небо разлилось над головами Давида и Светы. Ночь выдалась тихая, ясная… Брунгильда сдержала своё слово. Тюрьма превратилась в развалины. Уцелела только камера её друзей. Да и то не полностью.

Деревянные обломки приятно потрескивали в костре. Языки пламени действовали на разум гипнотически.