Пофигистики

 

— Завались! — рассердилась Света. — Всем сплетням веришь! Не беси меня! — Сосредоточившись на обсуждении деталей дела, девушка более спокойным тоном продолжила: — В том случае, если мы лажанёмся, вся надежда на тебя, Колян. Как только услышишь кодовую фразу, твой ход. Мы попытаемся привести тварь к тебе. Но если улучшишь момент, решишь проявить инициативу и спасти нас, то мы не против. 

— А что за кодовая фраза такая? — растворяясь в пахнущем тиной воздухе, спросил метаморф. 

— «Твою мать, нам жопа», — спокойно пояснила Света.

 

— Хорошо, — блеснув угольно-чёрными пустошами глаз, ответил монстр и окончательно слился с ландшафтом. 

***

В лунном сиянии догорали пучки осота, окружающие начерченные кровью древние символы. Стоящая неподалёку Света бросала нервные взгляды на часы и то и дело поправляла значок. «В крайнем случае, сломаешь иглу», — звучал в голове девушки далёкий голос Стефана. 

— В крайнем случае… — проворчала себе под нос Света и недовольно пнула камень.

— У нас тут что ни день, то крайний случай! Никаких волостей не напасёшься!

Внезапно написанное Давидом заклинание смазалось в одно красное пятно. 

— Понеслась, — крепче перехватив лопатку, прошептал парень и судорожно выдохнул, почувствовав, как зашлось сердце. Всё будет хорошо… Главное — не сдохнуть от страха до появления пожирателя. 

Пятно сначала стремительно разрасталось, а затем медленно, капля за каплей, стало подниматься вверх. Постепенно оно начало принимать смутные очертания человеческой фигуры.

Секунда, и вся кровь обернулась алой дымкой, а перед охотниками предстала женщина в медицинской маске. 

— Добрейший вечерочек, сударыня, — пряча за спиной оружие, поздоровался Давид и криво улыбнулся, когда на нём остановился пустой безжизненный взгляд, не выражающий ничего, кроме желания убивать. 

— И вам, молодые люди, — потусторонним голосом бесцветно ответил пожиратель и, открыв своё лицо, попытался изобразить ухмылку, но вышло неважно.

Выражать какие бы то ни было эмоции мешал огромный рот, представляющий собой свежую рану от уха до уха. 

В груди Светы похолодело. Захотелось провалиться в библиотеку к Стефану и потребовать отмотать время назад, чтобы отменить встречу с этой жутко зыркающей тварью. Мысленно сосчитав до десяти семь раз, девушка успокоилась. Сорвав значок с груди и крепко сжав его в кулаке, она одними губами произнесла «урук-хай» и в её руке материализовалась любимая бита.