Новая надежда

Совсем седая, не похожая на себя обычную, но совершенно точно она.

   Затем видение исчезло и предстал её взору Литейный проспект в городе Ленинграде. Увидела она себя, стоящую в толпе зевак и двух милиционеров, носившихся взад вперёд над телом мужчины. Мужчины? Да, на асфальте лежало тело Игоря Дубравина, - её близкого друга. Тело было изуродовано и лежало неестественно, а на голове зияла открытая рана. Игорь погиб, в результате дорожной аварии.

   Снова смена видения и увидела Ирина стены обычного московского морга.

Толпа в трауре, её воспитанница, племянники и сама она, над гробом своей сестры. Цветы, венки, заунывная музыка. Ирине показалось на мгновение, что она ощущает запах стеарина и слышит собственный, сдавленный плачь. Мужчины, многие из которых были ей не знакомы, подняли гроб на плечи и понесли его к выходу.

   Множество видений пронеслось перед её взором. Одни из них были о её родных и близких, другие о людях совсем не знакомых.

Она видела молодого кавказца в генеральской форме и танки у белого дома в Москве, разрушенные дома в мирных городах и горящую телебашню. Десятки, а может быть и сотни видений пронеслись перед ней.

   И снова перемена. Увидела она взрослую, сорокалетнюю женщину. Черты лица были смутно знакомы, но имя женщины ускользало. Рядом стоял высокий мужчина, с окладистой бородой и благородной сединой в длинных, прямых волосах. Рядом стоял мужчина моложе, с простым, деревенским лицом, на котором между тем читалась печать мудрости и опыта.

Двое детей не старше двенадцати лет. И женщина в гробу.

   Ужас овладел Ириной, когда она поняла что покойная женщина - она сама. Седая, с испещрённым морщинами лицом на котором навсегда запечатлелось выражение покоя и умиротворения.

   Ирина задрожала и сжала кулаки так, что костяшки её пальцев побелели как снег. Предательски задрожала нижняя губа и изображение в глазах стало расплываться от неконтролируемых слёз.

В единый момент она узнала больше, чем могла принять в этот же момент.

   Не знала Ирина только одного - сколько времени простояла она так, захлёбываясь горячими, солёными слезами от тяжести свалившегося на неё знания. Голос рыжей, впервые заговорившей первой, вывел её из оцепенения.

   - Ты готова Беляна. Ты сильна, ты зрела и ты сведуща.