Р

В нестройном хоре голосов ближнего круга сразу можно было выделить ее фразы, лишь единожды услышав, как она произносит «рядом» или «река». Подростком она, конечно же, этого очень стеснялась и стыдилась, но потом ее убедили, что все, что она говорит — очень приятно слушать, даже если это последние слова в чьей-то жизни.

С отъездом автобуса аэропорт словно вымер. На остановке номер 5 девушка стояла в полном одиночестве. От скуки она иногда бросала взгляд на выходы из терминала, но двери были недвижимы.

Никому не нужно было сюда лететь. Никому не нужно было отсюда улетать. 

«И пусть сегодня будет так», — попросила Эр. Кого конкретно она просила, девушка не задумывалась. Откуда-то сверху послышался отрывистый крик ворона. Девушка приставила ладонь к глазам, поискала птицу — та сидела на одном из фонарных столбов и внимательно изучала праздную туристку.

Эр внимательно посмотрела в ответ и медленно покачала головой из стороны в сторону. Ворон моргнул и улетел за терминал.

Холодные лучи неокрепшего солнца заставляли девушку щуриться, скрывая пустой мир, и вспоминать, зачем она сорвалась лететь в этот странный город.

В ее блокнотике было много пустых страниц, а в ручке — много чернил. Ей придется побегать по разным городам и странам, чтобы заполнить их все. Зато когда они заполнятся — Эр мило улыбнулась — как же они будут ей завидовать! Никто до сих пор не верит, что у нее получится.

Некоторые даже утверждали, что она не выдержит и когда-нибудь просто вырвет оставшиеся чистые страницы, а может, и заполненные тоже. Эр ни с кем не спорила, просто в каждое свое путешествие вместе с любимой футболкой брала этот блокнот и носила его во внутреннем кармане куртки.

Из-за угла терминала послышался рев приближающегося автобуса.

Девушка приоткрыла один глаз, вновь поднесла ладонь ко лбу и чуть приподняла брови — автобус подъехал пустым.

Впереди было долгое путешествие. Заселение в отель начиналось лишь через пять с половиной часов.

* * *

Пригревшись в автобусе, Эр дремала, пытаясь укрыться от вездесущего солнца, которое не по-весеннему, а очень даже по-летнему жгло ее руки сквозь стекло.