Алая Завеса. Первый лик смерти.

Так хотелось поймать всемогущими руками неумолимо вылетающие в сторону Пенелопы слова и забрать их обратно, больше никогда не выкидывая больше, но Юлиан не владел такой магией. Если, конечно, такая магия существовала вообще.

- Весело, - пробормотала Пенелопа, лишь немного удивившись.- По-моему, всё это очень быстро.

- Пусть быстро. Я рискну, - теперь отпираться назад не было никакого смысла. - А что, устрою самое лучшее свидание, какое было в моей жизни. Как тебе такая идея? 

- А ты думаешь, что у меня раньше были свидания?

- Не знаю, - чуть приостановился Юлиан.

- Я как-то не спрашивал у тебя и пока не хочу. Ты не скажешь мне?

- Не скажу. Но заявление сделать лучшее свидание в моей жизни - это заманчиво.

- Вообще лучшее свидание на свете, - не унимался Юлиан.

- На свете, говоришь... А ведь интересно. А что, попытайся.

- Попытаться? Это что значит? Да или нет? Или какие ещё ответы бывают?

- Где твоя уверенность, Юлиан? Не боишься вервольфов и Ривальды Скуэйн, но начал заикаться во время разговора со мной.

Это, конечно, "да".

Юлиан выдохнул. На душе было такое ощущение, что он только что выбрался из кишащего змеями смертельного лабиринта или прошёлся по канату толщиной с лезвие, протянутым над пропастью. Хотя и то, и то, казалось ему гораздо проще того, что произошло сейчас.

- Тогда когда? - спросил он у Пенелопы.

- Что когда? - удивилась девушка.

- Ну, когда свидание?

- Опять ты за своё. Ты собираешься пригласить меня. Поэтому и время, и место, и всё остальное стоит за тобой.

- Хорошо, - Юлиан ещё никогда не чувствовал себя таким идиотом. - Прямо завтра всё расскажу. Мне нужно только подумать... Всё, Пенелопа, давай уже поговорим о другом.

Голова кругом. Ривальда Скуэйн была права - Юлиан Мерлин невообразимый идиот.

Всю ночь он не спал, ворочаясь в кровати и размышляя о том, как ему обеспечить идеальное свидание для Пенелопы. Он отлично понимал, что явно переборщил с лучшим свиданием, но подводить её очень и очень не хотел.

Юлиан хотел казаться в её глазах решительным и серьёзным мужчиной, отвечающим за свои слова и поступки, а не напыщенным, верящим во всё, мальцом. Для такой, как Пенелопа, этого мало, и Юлиан всё понимал.

Ресторан, столик для двоих, романтичная музыка... Таким обстоял первый вариант, и был он одновременно и самым банальным, и самым дорогим. Тем более что сейчас он в кармане вряд ли бы наскрёб денег даже на поход в кафе.