Адэлаида. Практикантка.

- Если не хочешь, не будем об этом говорить.

Сквозь стиснутые зубы, едва ими не скрежета, выдавила из себя «Спасибо». От новой темы меня спас мальчишка, что тащил за спитой гитару в чехле.

-Все, Джокер просыпайся, - резко подобрался как перед прыжком Лекс,- скоро клиенты появятся.

Сзади завозились. Все резко напряглись как перед рывком и замолчали.

Глава 3

Приграничье. Город Мгла. Поздняя весна. Месяц - Май. Понедельник.

Зря мы только напрягались, никто на нас не напал. Мы были невидимками почти для всех окружающих.

Все время пока не показался коричневый фургончик, запряженный двумя такими же невзрачно коричневыми лошадками, я обшаривала пространство окружающее нас поисковым щупом. Мы сидели в машине сжимаясь как пружина. Напряжение нарастало в тягуче медленной арифметической прогрессии. Повозка перегородила переулок. Мы медленно слово ленивцы выползли из мобилей. На козлах сидел старичок лет шестидесяти. Густая борода топорщилась во все стороны. Одет он был в серую, полу рваную хламиду.

Мельком глянув на нас, он демонстративно занимался лошадьми. Так он выглядел снаружи. Вот только его организм мне рассказывал, и кое-что еще. Это был мужчина лет сорока в гриме. Лицо от нанесенного немилосердно чесалось, одежда истончала запах раздражавший его. И все что от него истончалось — это крайняя степень недовольства. В фургоне было трое. Все были людьми, примеси крови либо не было, либо она была очень незначительной. Я смогла определить возраст двоих от 23 до 25. Третьего, что держал их на мушке, организм был отравлен. Похмельем, поэтому для меня ему сейчас лет 35, хотя, скорее всего он младше.

- Четверо. Люди. Двое молодых под стражей третьего в фургоне, – коротко доложила я.

Мы неторопливо сгруппировались тройками перед машинами, готовые в любой момент укрыться за ними.

- Лечили химикатами, ранены, - добавил Джокер.

Я повернула голову, приподняла бровь, как бы спрашивая, как он это определил.

- Запах, - последовал лаконичный ответ. Однако, на таком расстоянии и против ветра и почувствовал.

Сзади фургончика откинулся полог и, морщась от боли, один за другим спрыгнули двое молодых людей. Разобрать я это смогла с трудом. Лицо одного напоминало один сплошной синяк, при ходьбе он маленького роста и пухленький держался за бок. Второй – высокий дрыщ – с кровавым месивом вместо лица, хромал на правую ногу. Лекс выдвинулся на встречу. Слова едва доносились до меня:

— Это я звонил Вам этим утром.