Школьный демон. Второй курс

Слишком много нитей, связывающих Дамблдора с «тенью мира», а проще говоря — отбросами общества, замыкаются именно на Мундунгуса. И восстановить их — будет стоить Великому Белому немало ресурсов, из которых главный и самый невосполнимый — время.

Ну вот вроде и все. Больше он ничего не знает. Значит — жизнь Мундунгуса Флетчера подходит к концу. Он, конечно, планировал несколько... иное окончание нашего рандеву, но ни один план не выдерживает столкновения с противником. Теперь остается только одно: Флетчер должен быть убит адептом Бога Крови, и никак иначе.

Внимательно посмотрев на извивающегося в незримых оковах Флетчера, я извлекаю из ножен Небытия атейм.

— Кровь Богу Крови! — Лезвие кинжала погружается в грудь лысого человечка, а потом, каплями крови изображает на ней что-то похожее на перечеркнутую букву «Экс», нижние ножки которой соединены кровавой чертой. Мундунгус дрожит и воет, но его уверенность в том, что он схвачен — держит его крепче адамантовых оков. Что ж. Пора прощаться Флетчер.

Наше знакомство было недолгим, и весьма неприятным, для обеих сторон, хотя и весьма полезным. Атейм исчезает в небытии, а вместо него в моей руке возникает Кай.

— Черепа для Трона Черепов! — И голова агента Света во Тьме навсегда расстается с телом.

Моя молитва искренна, и оставляет в ткани Мира следы, которые еще долго не изгладятся. Зато любой, кто возьмется искать этого вора — обнаружит, что жизнь его оборвалась во славу Бога Воинов.

— Он не был тебе достойным противником, следующий меняющимися путями! — Гулкий голос сотрясает реальность, но одновременно — слышен только мне.

— Но мой бог примет жертву. Чего ты хочешь за нее?

— Ничего. — Ритуал получился даже слишком настоящим. Но уж правила общения с посланниками Темной четверки мне хорошо известны. — Это — жертва, а не взятка.

— Жертва принята. Помни об этом, вассал Инженера Времени.

— Война — это путь обмана. — Усмехаюсь я в ответ.

Суть Трона.

Мда... скорость распространения слухов хоть и велика, но все-таки ограничена.

Только этим я могу объяснить тот факт, что к тому моменту, когда мадам Помфри все-таки соизволила выпустить меня из своих цепких объятий — волна слухов как раз накрыла школу. Слухов о появлении в Лондоне маньяка-убийцы и ужасной смерти Мундунгуса Флетчера. Или...

— Кай, ты постаралась?

— И почему всегда Кай? — Образ девочки в серебристом платье в моем воображении гордо вздернул носик. — Как что — так сразу Кай... Как будто ты меня не знаешь...