Лазурь с отскоку полосуя

Пока Ангелина нашаривала в кармане телефон, комната тошнотворно вертелась у неё перед глазами, несмотря на полную темноту, не рассеиваемую даже слабым светом из разбитого окна.

- Алло… Ван Ки… ры… лыч… - заплетающимся языком пробубнила Гелька в трубку, - проследите… сигнал… Берг… дал наркотик… чужая квартира… клуб на… на…

Помутившееся сознание не желало выдавать даже приблизительные координаты её местонахождения.

- Алло! Ты в опасности?

- Я… в опасности… - Ангелина вздрогнула, услышав рядом странный скребущий звук, - тут… кто-то есть, - прошептала она в трубку, замирая от парализующего ужаса.

Гелька понимала на грани сознания, что страх её чрезмерен, иррационален и вызван опьяняющим веществом, но рассудок сложно усмирить, когда он отдаётся панике. Тягостный воющий скрип и приближающееся цоконье, сопровождаемое тяжёлым придыханием, заставили её задохнуться от накатившего ужаса.

Ангелина дёрнулась, словно пытаясь взобраться на стену, подальше от надвигающегося кошмара, и завопила, скатившись откуда-то сверху прямо под ноги чудовища.

Безумие нахлынуло чёрной пеленой, затмив разум.

Глава 12

Сэм душил её с наслаждением, прижав к земле и не давая двинуться и вдохнуть. Его пальцы впивались в беззащитное горло, продавливая, и заползая в плоть холодными змеями. Белый притянул вплотную её лицо и прошипел: «Ненавижу кровь…», а потом толкнул легко, брезгливо разжимая пальцы. Гелька взмахнула руками, тщетно пытаясь удержать равновесие, и стала падать навзничь, сначала медленно, а потом всё быстрее, спиной ощущая приближение удара.

Мимо неё проносились вверх рваные чёрные полотнища. Ангелина хваталась за них руками, но они выскальзывали, хлопая на ветру и задевая хлесткими краями её тело. Бездна раскрывалась. Боль, опережая падение, протыкала тело сотнями игл.

Полотна сомкнулись вверху в заворачивающийся воронкой сплошной кокон, стянулись вокруг Ангелины, но не остановили бесконечное падение. А потом… кошмары накручивались один на другой: Гелька не ощущала больше себя, превратившись в мишень, по которой непрерывно прицельно били – не для того, чтобы уничтожить, а чтобы заставить терпеть.

Она словно растворилась в бесконечной агонии, раз за разом пропускающей её через своё горнило. Как долго это длилось? Время скукожилось в точке и оставило Ангелину погибать…

Звук-к-к-к-к-к. Где-то на краю истерзанного сознания возник звук, сместивший её к краю мишени. Звук родил темноту, пронизанную вспышками вонзающихся в тело Гельки игл лучей.