Псы божьи

— Что это такое? — спросил он.

Охранник не ответил, а лишь отвёл взгляд в сторону.

— Я спрашиваю, что это такое? — раздражённо повторил свой вопрос человек Начала.

— Алексей Пахомов, — ответил охранник, — мне кажется, что так меня звали в прошлой жизни.

— Ты обманываешь самого себя, — холодно сказал ему человек Начала. — И имя твоё было другим. Забудь то, чего никогда не существовало. Не было у тебя никакой прошлой жизни.

Твоим прошлым владею только я и никто больше.

— А кто владеет моим настоящим? — в вопросе охранника прозвучал открытый вызов.

Человек Начала мрачно посмотрел ему в глаза.

— Твой позывной Инок, первое подразделение «Серафим». Вот твоё настоящее и будущее. Это тебе понятно?

— Предельно понятно, — с едва скрываемой злобой ответил Инок.

— Мне надоел твой глупый вид, — раздражённо сказал ему человек Начала, смерив его взглядом.

— Раскрой свои крылья. От меня не надо прятаться.

Тот, кого он называл Иноком, повиновался. Образ грузного охранника воспламенился, его изрезали сложные линии трещин. Затем этот образ, словно разорванная фотография разделился на шесть неравных частей, похожих на крылья и сгорел за спиной серафима. Сгорели и имя и фамилия, написанные на одном из крыльев. Открывшиеся контуры тела и черты лица серафима были неуловимо размыты.

Складывалось такое впечатления, что их скрывает пелена дрожащего от нестерпимого жара воздуха. Человек Начала пристально посмотрел серафиму в жёлтые пустые глаза и приказал:

— Оставайся здесь и комментируй происходящее.

На широком экране возникло серое изображение: ряды лежащих в глубоком забытьи людей.

— Четырнадцатый блок, — пояснил серафим. — Время ноль часов сорок семь минут.

Прошедшие сутки.

— Который из них? — спросил человек Начала.

— Тот, что сейчас поднимется и уйдёт, — ответил Инок и мгновенно пожалел об этом.

Человек Начала коротко взглянул на него, потом правая рука его непостижимым образом удлинилась, покрылась грубой древесной корой, сквозь которую вылезли наружу острые шипы. Этой рукой—веткой человек Начала схватил серафима за горло и сдавил его.