Школьный демон. Третий курс

— Но зачем Вы позвали меня? Светлый принц все еще не желает видеть меня перед своим престолом после поражения, которое я потерпела от Тьмы… Мой голос не будет услышан. Чем я могу помочь Вам?

— Думаю, девочка моя, ты можешь быть полезна именно в силу приверженности той Силе, которая отправила тебя в наш мир. Я хотел бы знать: то, что Гарри испытывает к мисс Грейнджер — это настоящее глубокое чувство? Или же подростковый каприз, который развеется при настоящих трудностях? Я… я боюсь ошибиться… Как ошибся с Блэком…

— На этот вопрос я могу ответить, даже не отправляясь к Грейнджерам, — улыбнулась Сейлина.

— Гарри испытывает к Гермионе настоящее, серьезное чувство, а отнюдь не подростковое желание «поскорее перепихнуться». Так что я бы посоветовала держаться от мисс Грейнджер подальше — любая угроза девочке может быть воспринята Избранным… хм… неадекватно. Вплоть до того, что он пойдет за любым, кто пообещает ему ее безопасность.

— … — Дамблдор, всегда спокойный, выдержанный Дамблдор — снова выругался.

Сдает старик… или представляется таковым? Перестал доверять Посланнице Света? Этоможет быть опасно.

— Господин директор? — испуганно спросила Сейлина. — Что с Вами?

— Прости, дитя… Просто ты указала мне на совершенную мной ошибку. Если демоны, что пробрались в мою школу пообещали Гарри безопасность для девочки… А тут я, старый дурак, с предложением «проверить усиленную ими защиту»! И как теперь убедить мальчишку, что я действительно заботился об их безопасности, а не пытался проделать в защите «черный ход» для себя? А уж если он узнает, кто именно набросил на Гермиону Полог Отчаяния… Боюсь, как бы нам не получить в итоге нового Темного лорда, более страшного, чем предыдущий.

Одна надежда — что и в таком случае его столкновение с Волдемортом — неизбежно.

Дамблдор тяжело опустился в кресло, жестом отпустив Сейлину. Поверженная тихонько вышла, оставив Великого Белого размышлять над изменениями планов в связи с изменившейся ситуацией.

Глава 31. Вселенная и числа.

Из машины Грейнджеров я вылезал под мантией-невидимкой. Директору надо было продемонстрировать, что добрый мальчик Гарри еще не поумнел настолько, чтобы усомниться в ее маскировочных свойствах. И удовлетворение, разлившееся от «незаметного» наблюдателя, накинувшего на себя дезиллюминационные чары, но не озаботившегося даже элементарной ментальной маскировкой, показало, что, по крайней мере, его обмануть удалось.