Школьный демон. Третий курс

В конце концов, в нашем ордене давно уже канула в небытие ненависть тех времен, когда гордыня обуяла могущественные магические кланы, а фанатизм застил глаза наших братьев — последователей святого Игнатия Лойолы.

В пабе, на верхнем этаже, что-то громко хрустнуло и грохнуло.

— Прошу прощения, — обратился я к хозяйке, — но хранить в доме проклятые вещи — не полезно для здоровья.

— Ох… — хозяйка паба, кажется — мадам… Роземарта? Или как-то так… — вскочила и вихрем унеслась на второй этаж. Вернулась она, с растерянным видом держа в руках переломленную пополам статуэтку какого-то языческого божка.

— Простите… — остановилась она, не зная, что сказать еще.

— Сами по себе идолы язычников — не опасны, — я провел над обломками статуэтки наперстным крестом, и тот полыхнул солнечным светом, сигнализируя о присутствии зла, и развеивая его. — Но конкретно этот — был кем-то проклят. Серьезно и основательно, как говорится — «от души».

— Но… что мне теперь делать? — растерянно посмотрела на меня мадам… ах, да, вспомнил — Розмерта.

— Выкиньте, — посоветовал я. — Сейчас это — не более, чем осколки, в них уже нет зла. Или склейте, если статуэтка Вам дорога как память, только склейте вручную, а не заклятьем, а то проклятие может и возродиться.

— Бла… благодарю, свя… той от..тец — женщина откровенно заикалась, только сейчас осознав, кто именно вышел из ее камина.

— Не бойся, — улыбнулся я ей. — Я чувствую на тебе благословенный крест, и не чую зла, кроме обычного для человека.

— Но… — мадам Розмерта была явно ошарашена такой трактовкой.

— Просто помни, что и ножом можно резать не только мясо на кухне, но и чужие глотки. Магия же многократно более полезна… но и многократно более опасна. Ваши предки возгордились и возжаждали власти над тем, что было даже вне их разумения, за что и были отторгнуты от света Церкви.

Произнеся это, я вышел из паба, оставив окаменевшую от изумления женщину осмыслять сказанное, и пошел по дороге к замку Хогвартс.

Возле самых ворот меня окатило холодом. Страх и отчаяние попытались ворваться в мою душу. Нечистый дух пикировал на меня сверху. Похоже, он ждал неосторожного путника среди зубцов стены.

Я схватился за нагрудный крест и начал читать псалом царя Давида.