AYENA. Эпизод 3. Голос империи

 

Джа мысленно отметила, что де Зирт на самом деле выглядит гораздо моложе своих истинных лет. В силу образования и профессии она знала историю империи. И год рождения легендарного альва. Его можно было счесть вполне симпатичным моложавым стариком. Но опять же, в силу образования и профессии, Джа знала и другое – насколько он опасен.

Де Зирт улыбнулся. На ее лице было написано достаточно, чтобы понять, о чем она думает. 

- Акция завтра? 

- Да.

- Сколько?

- Полмиллиона.

- Мало.

- Я тронута вашим участием, но есть проблема.

Три издания… обязали написать совсем другие материалы о Викторе Конноре. 

- Не удивили, - де Зирт отмахнулся от сигаретного дыма, но замечаний делать не стал. Как все алхимики, он привык и не к таким запахам. – Я бы изумился, если бы никакой реакции не было.

- И…

Магистр посмотрел в окно. Затем – на свою гостью.

- Завтра, возможно, будет дождь. Типографская краска имеет свойство расплываться. Нужно добавить вот это… так сказать, для стойкости. Краски, - он достал с полки внушительный флакон темного стекла.

- И, скажем, для нестойкости смысла.

Джа приподняла брови. Она слышала о существовании субстанций, способных менять или нейтрализовать смысл слов в текстах. Но ей никогда не приходилось иметь дело с подобными составами. 

- То, о чем я думаю?

- Ага.

- Отлично. Разгуливать по городу с этим, - она показала на флакон. - Не просто опасно. Смертельно опасно.

Джа не решалась произнести это вслух. Она просто знала, что подобными возможностями обладают только определенные люди.

Исчезнувшие. Уничтоженные на территории империи. 

И теперь у нее появился еще один вопрос: кто такой этот Виктор Коннор, если ради него де Зирт решился фактически подписать себе смертный приговор. И ей заодно. Потому что теперь она знает о нем. О его истинных возможностях. За обладание которыми – и за недонесение о которых – кара всегда одна, без вариантов и права на помилование. 

Обдумав все это, вслух она произнесла совсем другой вопрос:

- Ну, и как вы себе это представляете, магистр? Дом журналистики один.

Пропуск в здание у меня есть. На наш этаж я пройду, а в цеха других изданий как? Притвориться невидимкой не получится даже у меня. Или все просто сделают вид, что меня нет, и это не я, а просто сквозняк? 

- А это мысль! Вообще, действительно, прекрасная мысль. Да! – де Зирт потер руки. – У вас же есть накопитель.

- Есть. Но этого не хватит. Ни его, ни моих способностей. Он почти разряжен.