Охота на Удачу

И именно за вами придут сборщики. Честно говоря, я не вижу, как можно решить ваш вопрос… 

Швец виновато развел руками. Правая все так же сжимала длинную иголку.

– Несчастный Случай тебя забери, Швец! – вскинулась Лиля. – Я же просила, если ничего по существу нет, то…

– Не порите горячку, милая Лилия, – Швец ободряюще улыбнулся понурому Герке. – Я сказал только, что я не вижу. Столько лет за иголкой… зрение у меня уже не такое острое, знаете ли. Я действительно не вижу решения вашей проблемы. А вот судицы могут увидеть.

Почти наверняка увидят.

В повисшей тишине вполголоса выругалась Лиля. Выругалась и тут же замолчала. Судя по всему, предложение Швеца было ей не по душе. Видя, что молчание затягивается, Герка решил нарушить его самостоятельно:

– Судицы? Это что же, судьи женского пола?

– Почти, – прикрыв глаза, кивнул Швец. – Судицы, рожаницы, орисницы, норны, парки… не в имени дело, а в сущности. Две барышни у меня работают. Поговорите с ними, они очень проницательные… профессия, знаете ли, обязывает.

– А других ва…

– Других вариантов нет, Лилия, – обрубил Швец. – Выбор за вами, можете воспользоваться, а можете воздержаться. В любом случае, услуга бесплатная.

***

– Бесплатная услуга, ты слышал?! Расщедрился, сучий сын! Змеюка подколодная этот Швец!

Не заботясь о том, что Швец может ее услышать, Лиля принялась ругаться, едва они с Геркой покинули директорский кабинет.

– А чего плохого в бесплатной услуге? – не понял Воронцов.

– Герка, ну честное слово! Здоровый лоб, а все еще веришь в сказки про бесплатный сыр? Швец в жизни ничего никому бесплатно не сделал, и судиц он тебе сосватал не по доброте душевной, а чтобы настроение их выведать! Сам-то он без крайней надобности к ним в жизни не подойдет, благодетель хренов!

– У меня тоже крайняя надобность, – Герка улыбнулся невесело.

– Так что, видимо придется. Кто они, что они – рассказывай. Швец говорил, судицы, это то же самое, что норны… Это что, правда? Ну там, нити судьбы, и все такое?

Возле двери с табличкой «Выставочный зал» Лиля повернулась к Гере.

В ее голосе зазвучала неподдельная серьезность.

– Слушай меня, Герман, и слушай внимательно. Сейчас совершенно не важно, чего они там прядут. Важно то, что это самые вредные, капризные, до одури обидчивые старые суки, которых ты только видел.

– Сомневаюсь, – покачал головой Воронцов. – Ты нашу соседку с четвертого этажа не знаешь.

– Не сомневайся, дольше проживешь.