Охота на Удачу

***

Исчезающе-тусклый зеленоватый след, по которому шли сборщики, упирался в обшитое листовым железом полотно, теряясь, точно обрубленный им. «Блицкрига» не получилось. Дверь, с виду хлипкая и ржавая, оказалась неожиданно прочной. Близнец Семка возился с ней уже минуты полторы. Непозволительно долго, но альтернативы не нашлось. Разогнаться в узком коллекторе нормальному взрослому человеку было попросту негде. От шершавой бетонной плиты, в отдалении резко переходящей в склизкий булыжник, до двери, за которой скрылись беглецы – полтора шага, если по-хорошему.

Только Близнецам, в половину взрослого человека каждый, раздолье. Коротеньким ножкам Семки приходилось сделать целых четыре шага, прежде чем его низкорослое тело живым снарядом врезалось в дверь. Однако, несмотря на все усилия, пока лишь слегка вминался центральный лист, украшенный сделанной от руки надписью «Быт.№1».

– Привалили чем-то, – досадливо поморщился Скоморох. – Такие двери Семка на раз выносит, точно говорю.

– Шкафам! Шкафам завали, брат! – поспешил выслужиться дэв Арбоб.

– Там шкафа стоят! Шкафам завали!

Маленький таджик выглядел точь-в-точь таким, каким его впервые увидел Герка. Даже оранжевая роба с кирзовыми сапогами казались теми же. От нетерпения он приплясывал на месте, жалея, что дверь слишком узкая, чтобы выбивать ее вдвоем.

– А это ничего страшного, подождем – Оба-на спокойно наблюдал за усердствующим Семкой, покусывая размочаленную зубочистку. Курение, равно как и другие вредные привычки, старший сборщик не признавал, а при его непростой работе чем-то успокаивать нервы было просто необходимо.

– Пусть хоть до вечера ломает, а потом зайдем, да возьмем их тепленькими. Им теперь деваться некуда. Выход только один, а перед выходом – мы.

– Не-е-е, брат, там еще вентиляций есть.

Дэв, жадно следящий за увеличивающейся щелью в дверном проеме, сказал не подумав. В предвкушении потирая руки, он не увидел, как потемнел в лице Оба-на, а Скоморох схватился за голову. И только когда чуть пониже копчика ему врезался твердый, как камень, ботинок, дэв своим крохотным мозгом сообразил, что ляпнул.

– Где?!!!

Скрючившись, Арбоб повалился на пол, закрываясь предплечьями, на которые тут же обрушился град ударов.

– Где он выходит, шавка тупорылая?! Да отвечай же ты, ско-ти-на без-мозг-ла-я!

За каждым слогом следовал сильный удар кулаком или ногой. Корчась от страха и боли, дэв валялся под ногами сборщиков, скуля и повизгивая. Он даже ростом стал меньше.