Свалка времени

Максим выбил из автомата застрявшую гильзу, подобрал штык-нож и тронул Николая за руку:

- Как ты меня назвал?

- Проводник. Теперь это твое прозвище!

- Нет. Это мое имя. Здесь, в Зоне.

Фирсов покрутил пальцем у виска и взвел курок.

- Стой! – крикнул Максим, похолодев от ужаса. – Ты что?

- Кончить урода – и дело с концом!

- Нельзя же убивать человека просто так!

- Как там шея? – съехидничал Фирсов.

- Терпимо. Да и ладно, не страшно. Зато теперь у Максима болит нога!

- А задница у него не болит? В общем, ты прав.

Не стоит портить ручей смрадным трупом. Мы же экологи! А, доцент? Шагом, марш!

Петровский выругался и двинулся вперед. Но стоило ему поравняться с черным провалом бокового прохода, как он скользнул в непроглядную темноту и бросился бежать.

Николай ринулся за ним. Максим едва успел поймать его за руку:

- Стой! Иначе…

По тоннелю эхом разнесся далекий всплеск.

Фирсов сглотнул слюну и побледнел:

- Вот и все…

- Идем отсюда. Быстрее.

Максим, прихрамывая, побрел дальше, стараясь не касаться стен.

Кто он теперь? Проводник? Или все это выдумка, ложь? Попытка обмануть самого себя?

- Смотри! Выход! – радостно закричал Фирсов.

Там, куда он указывал, появилось светлое туманное пятно. Максим, как мог, прибавил шагу и, наконец, вышел на синее от васильков поле. Низкие тучи сочились мелким, противным дождем.

- Похоже, нам все-таки придется искать место для ночлега, - разочарованно сказал Максим.

Но, пройдя поле и лесопосадку, он узнал руины мясокомбината. Сквозь выбитые окна и трещины в стенах маячил отблеск городских огней.

Люди жили размеренной жизнью, отделенные от монстров и аномалий неизвестно кем проведенной четкой границей.

Несколько секунд Максим стоял недвижимо и вдруг сообразил: там, за периметром, его собственный дом! Его квартира! Это жена не выключила свет: ну сколько раз ей можно твердить об экономии!

- Все! Выбрались! Подожди меня!

- Зачем? - удивился Фирсов.

- Спрячу автомат. Не идти же с ним по улицам.

Максим прошел в цех, в диспетчерскую, и спрятал автомат и патроны в металлический ящик.

Немного подумав, он сунул туда же штык-нож, выбежал на улицу и позвал Николая. Отныне чудом уцелевшая комната в цехе стала схроном.

У периметра все еще стояла металлическая лестница. Максим перелез первым. Подал Николаю руку и помог ему забраться на крышу сарая.

- Ну, пока. Я домой. Спать хочу.

Фирсов сунул револьвер в карман куртки:

- Нет. Ты поедешь со мной. Обо всем доложишь отцу.

Максим хотел было возразить, но махнул рукой.