Школьный демон. Четвертый курс

— Но… — начал было Каркаров, но я перебил его.

— И добыть клочок бумажки с именем любого из учеников — труда не представляет. Все мы подписываем свои работы. Достаточно отрезать тот уголок, где стоит имя — и можно бросать заявление на участие.

— Вы обвиняете кого-то из учителей? — заинтересовался Крауч.

— Не обязательно, — я покачал головой. — Хотя и не исключаю этого. Но после сдачи работ они некоторое время лежат у учителя на столе, и подойти к ним, чтобы забрать нужный лист — вряд ли составит какую-нибудь сложность, даже если действительно хотели навредить Гермионе… а не кинули эту пакость «на кого Мерлин пошлет»…

— Или же, — под стук деревяшки в комнату ворвался Грюм, — кто-то захотел убить именно Вас, мистер Поттер, зная, что Вы обязательно кинетесь на выручку девочке.

Так что помните: ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ!!!

Глава 42. Выбор Кубка. Интерлюдия

— Хвост, где ты?! — разнесся по неприметному домику четкий, безупречный, без малейших следов просторечного акцента, голос.

— Хвост! Немедленно ко мне! Бегом!

— Бегу, господин…

Питер дрожал от страха. Господин изволил гневаться с тех пор, как Питер отнес ему сегодняшний номер «Ежедневного Пророка». Подставляться под карающую руку ужасно не хотелось. Но не прийти на зов? Это означало напрашиваться на участь, существенно хуже смерти. И те, кто были с Господином до его Падения — отлично об этом знали. Случались, знаете ли, прецеденты.

— Го… господин?

Петтигрю перешагнул порог комнаты, в которой предпочитал пребывать Темный лорд в это время суток.

— Хвост! — голос Господина в очередной раз неприятно напомнил о Джеймсе Поттере. Тот обращался к своей свите временами с совершенно теми же интонациями абсолютного превосходства… Вот только у Темного лорда это получалось значительно лучше. Возможно, потому что Его превосходство — действительно было абсолютным. — Ты передавал нашему агенту в Хогвартсе мое распоряжение не трогать девчонку Грейнджер?

— Пе-пе-передавал… — заблеял Петтигрю, переживая острый приступ ненависти к себе за собственное ничтожество.

Впрочем, эта ненависть легко перекинулась на бывших друзей — Блэка и Поттера, сделавших его таким*, а затем — на этого мальчишку, Поттера-младшего.

/*Прим автора: а вот в этом вопросе, несмотря даже на неприязнь автора к Мародерам, я бы не стал сильно верить Питеру… даже если он себе и в самом деле верит*/

— Точно? — поинтересовался Господин.