ОСВОД. Хронофлибустьеры

Стоял, оцепенев, Соколов спросил еще что-то, я вновь не понял и не ответил, — он махнул рукой, прошел на нос, вглядывался в сумрак, где постепенно гасли разбросанные по морю куски пламени.

«Надо подвести яхту туда, кто-то мог уцелеть», — мысль была словно не моя, чужая, холодная и рассудочная. Однако правильная. Я шагнул к рубке, но тут палуба ушла из-под ног, и словно бы громадный кулак вмазал нокаутирующим ударом по всему телу, и мир со страшным грохотом развалился на куски.

Не стало ничего.

* * *

Не знаю, сколько я провалялся без сознания, — когда открыл глаза, вокруг была та же белесая ночь.

Болело всё. Мышцы откликались на команды мозга неохотно, с запозданием. А в спине у меня, судя по ощущениям, застрял раскаленный обломок. 

Яхта оставалась на плаву, хоть и дала сильный левый крен, но видел я ее в каком-то странном ракурсе. Кое-как сообразил, что лежу на самом краю палубы, а раскаленная железяка в спине — всего лишь стойка леерного ограждения, в которую меня впечатала взрывная волна.

Стойка спасла меня от падения за борт, но ценой сильнейшего ушиба хребта, и если только ушиба, то повезло...

Игнорируя бурные протесты позвоночника, я попробовал подняться на ноги. Кое-как удалось с третьей попытки.

По лицу тут же потекла кровь, — на ощупь обнаружилось рассечение над бровью, неглубокое, но зацепившее сосудик и оттого обильно кровившее. Запястье саднило — часы были раздавлены, разбиты ударом о что-то твердое, и я мимолетно порадовался, что не взял Дану с собой, оставил в «Капитане Флинте» (попади мы вдруг в лапы шведских пограничников, те бы наверняка изъяли все девайсы с целью покопаться в электронной памяти).

Других повреждений вроде не обнаружилось, если не считать последствий сильной контузии... Можно считать, легко отделался.

Яхта тоже легко отделалась в сравнении с разлетевшейся на куски «Медузой». Часть борта и настил палубы разворочены — как раз в районе двигательного отсека. Судя по характеру разрушений, никто извне нас не обстреливал, что-то там, в отсеке, взорвалось.

.. Никаких признаков пожара, но воздух буквально пропитан резким химическим запахом, — наверное, вылился электролит из поврежденных аккумуляторов.

Что с остальными? Особенно я беспокоился за сестричек, — они находились в салоне, невдалеке от эпицентра взрыва. Соколов-то ладно, сильнее меня пострадать не мог, он очень удачно отошел на нос...

Очень удачно...

Очень удачно...

Эти два слова крутились в голове, как обрывок песни на заевшей пластинке.