Падшие. Книга первая

В уголках глаз я заметил улыбку – она уже уверилась в благоприятном исходе нашего разговора. Что ж, поторгуемся.

- Вы заблуждаетесь, что Договор обязательно превращает вас в рабов. Договора, заключаемые демонами, совершенно разные по своему содержанию, хоть и едины по своей природе. Мне больше нравятся договора, которые связывают заключивших его вассальными обязанностями. А меня наделяют обязанностями сюзерена. 

- Прости, темнейший, за мою дерзость, но я все равно вынуждена отклонить твое предложение. Мы не продадим свои души, пусть они уже и прокляты одним нашим существованием.

- И, все же, вынужден настаивать, прекрасная леди. Что вы можете предложить взамен своих жизней? 

- Возможно, мы бы могли быть тебе полезны и без рабского служения… Например, мы обладаем полезными знакомствами в некоторых кругах.

- Вампиры-изгои? Какие круги вам открыты? Ты пытаешься обмануть меня, Адель? И разве я не получу то же самое, привязав вас к себе Договором? – я удивленно поднял брови, не меняя спокойной интонации

- Темнейший, ты плохого мнения обо мне и о моих братьях! – тут же вспыхнула девушка

- Пусть мы и изгои, пусть кланы и глядят на подобны нам, как на тараканов под своими ботинками, но мы – вампиры.

Люди для нас такая же пища, как и для них, как и для тебя, о темный! И мы знаем, как заставить людей отдать нам свою кровь, свои души, не привлекая к себе внимания! У нас много знакомых среди торговцев оружием, наркотиками, древностями и не только! Мы действительно можем быть тебе полезны! Но если наше предложение не удовлетворяет твою жажду – пусть будет так! Я готова отдать свою жизнь! Но знай, что за свои черные души мы будем бороться до последней капли черной крови, что течет в наших жилах!

- Как проникновенно и как самонадеянно.

Я думал, ты способна предложить мне нечто большее, чем ты только что назвала, - вампиры после этих слов зримо напряглись, - Но, что ж. Ваша кровь мне совершенно ни к чему. Остается лишь туманная перспектива вашей полезности. Ничего, мне приходилось работать и с меньшим, - я замолчал, постукивая пальцем по колену.

Пауза затягивалась. Я хотел, чтобы вампиры думали. Время, в конце концов, ограничивает только их, не меня. С приходом утра они станут значительно более уязвимы. И, хотя свет столичного пасмурного утра вряд ли сможет смертельно ранить ночных хищников, я предполагал, что он все же способен значимо осложнить им жизнь. 

А вампиры, тем временем, занимались переглядыванием друг с другом.