Падшие. Книга первая

Печать моего бывшего соратника

Ехали быстро и молча. Они молчали, а я ни о чем не спрашивал. Когда садились в машину, передо мной даже распахнули дверь. Мы приехали в частный сектор. Особняк, к которому меня довезла молчаливая парочка, не сказать, чтобы поражал воображение, но был значительно больше тех, которые я и так привык считать достоянием очень богатых людей. Во внутреннем дворе все было бедно, пусто и функционально. Как минимум, пожиратель – бывший хранитель земли, из списка домов, к которым мог принадлежать вызвавший меня сородич, выпадал.

Они славятся любовью к земле, к различным поделкам. В любом случае – те три занесенных снегом кустика, что торчали из земли на весь внутренний двор, довольно-таки большой по размерам, явно не соответствовали вкусам типичных представителей пожирателей. Кто же это мог быть? Ничего, сейчас узнаем.

Мы зашли внутрь, вначале отряхнули ботинки, а потом почистили их на специальной машинке. Удобная штука для наших реалий, учитывая, что грязь в нашей стране – просто-таки народное достояние.

Избавиться от нее не представляется возможным в ближайшие пару веков, несмотря на развитие технологий. Это просто никому не нужно. 

Прошли по коридорам. По количеству золота на стенах, предметов роскоши, всяческим дорогостоящим украшениям, я мог уже судить кое-о-чем. Скорее всего, это был Глашатай. Ныне – один из представителей Диаволов. Их тщеславие и любовь к роскоши не знает границ. 

Встречающий меня в кабинете, даже не счел нужным встать и поприветствовать меня.

 

- Присаживайтесь, Константин Олегович. Или как мне лучше к вам обращаться? 

- Долгих ночей тебе, брат. Мы давно не виделись. Неужели ты не считаешь нужным поприветствовать меня? Или я недостоин этого в твоих глазах? – спросил я у сидящего за столом пожилого человека в шикарном костюме и с признаками явной насильственной смерти на лице – отсутствие части височной кости с одной стороны и маленькое входное отверстие со стороны другого виска.

Не нужно было быть судебным медиком, чтобы понять, что демон вселился в тело человека, завершившего свою жизнь способом самострела.

- О, простите мою забывчивость, Константин Олегович. Входящие в мой кабинет либо не имеют шансов его покинуть в живом виде, либо – мои слуги. Ни первый, ни второй вариант не предполагает траты энергии на поднятие смертного тела в знак приветствия.