Падшие. Книга первая

Или ты хочешь таким образом пригласить меня проявить свой Облик? Я не намерен мериться с тобой силами. Это просто глупость, учитывая, что ты видишь количество энергии, доступной мне, а я вижу твою, превосходящую мою в несколько раз. Я явился сюда не принуждать тебя, а для переговоров. 

- Неужели вы до сих пор не поняли? Азаиль из Дома Смерти никогда более не примкнет ни к одной фракции, будьте вы все еще более прокляты, чем в тот день, когда все мы последовали за Светоносным!  

- Объясни хотя бы, почему ты столь категорична? Тебе не нужно могущество? Или ладно, не надо объяснений, почему ты не хочешь примкнуть к нам.

Но почему ты не следуешь ни одному из официальных Путей?  (есть ли такой термин я, разумеется, тоже не знал – предположение сродни первому)

- Ладно, садись, демон, я расскажу тебе, прежде чем ты навсегда покинешь меня. Надеюсь, в ближайшие сто лет ни одного сородича я более не увижу. – Валерия как-то обмякла, растеряла свой боевой настрой. Перепады настроения в среде демонов – не редкость.

Чем острее ощущаются Муки Господни, тем чаще демон впадает то в ярость, то в меланхолию, пока не распадется на осколки души, скрепленные воедино непонятно чем.

- Я вырвалась около ста лет назад… Тогда вокруг набирала обороты первая мировая война. Я была окрыленной, - здесь она грустно усмехнулась, - демонессой, которая ощутила свободу. Муки Господни на Земле? Какая мелочь. Не было и наших старых родственников – извечных врагов. Живи и радуйся. Я хотела приступить к своим прямым обязанностям, которые изрядно подзабылись за Век Гнева – дарить людям легкую смерть, похожую на мимолетный поцелуй, провожать их к новому циклу.

Плохих людей – забирать себе в качестве пищи – не без этого, демон я или нет. 

В этом месте глаза бывшего Ангела Смерти подернулись поволокой. Она застыла, вспоминая дни после получения свободы.

- Но все обернулось значительно хуже, чем ты ожидала…

- Именно. Чем больше я увлекалась своими старыми, хорошо забытыми обязанностями, тем больше я понимала, что люди изменились куда сильнее, чем даже мы сами.

Для нас, подвергнутых стазису с бесконечными мучениями, время остановилось. Прогресс для нас остановился. Лучшие из нас могли лишь сохранять свое «я». Остальные же – все больше и больше деградировали. А потом пришла пора Великих Герцогов… Ты знаешь, какую ярость и ненависть к ним я испытывала, когда их выдернули на поверхность магическими ритуалами. Думаю, знаешь.