Падшие. Книга первая

Тут два варианта – либо маг очень и очень сильный и старый, который смог познать многое, но так и не отдал предпочтение одной из магических школ. Такие получаются из магов-ученых. Теоретики. Практическая магия все же требует полной отдачи своему источнику, в противном случае, постижение Искусства будет затянуто или даже вовсе невозможно. А вот второй вариант был более предпочтительным и вероятным – юный практик, который только начал постигать Искусство и не связал свой талант с одной из высших Сил. 

Из него я мог бы попробовать слепить свое доверенное лицо.

Соблазнить мага знаниями, которые я могу дать – милое дело. Пользу получат все. Я – очередной договор, «ручного» человека, служащего мне не за страх, а за совесть и знания, представительство в столице и много чего еще. Он – столь вожделенные знания и могущество, власть и, при определенной удаче, повышенную продолжительность жизни. Хотя насчет последнего у меня возникают большие сомнения.

Оттягивать встречу и тщательно готовить визит я не стал – все же скорость анализа ситуации у меня выше, чем у любого человека, пусть и мага.

Просчитать его или ее действия на пару-тройку ходов вперед не должно составить большого труда.

Заговорив охранника – обычного мужичка предпенсионного возраста, джедайским способом: «Тебе не нужны мои документы», я проник во двор. Конечно, можно было бы просто поговорить, отвести ему глаза, проскользнуть в тенях. Но дурацкие клише требовали выхода и применения – очень уж мне нравились «Звездные войны» в моем человеческом детстве.

 

Подъезд и квартиру я вычислил еще с улицы, так что просто приложил универсальный ключ к домофону и поднялся на лифте вверх, не утруждая себя уведомлением хозяина о визитере посредством звонка в дверь, ведущую в подъезд. Кнопку звонка нажал с удовольствием – она была выполнена в виде головы кота с гипертрофированным носом, на который и следовало нажимать для подачи сигнала в квартиру. А вот самого сигнала, к сожалению, не слышал – стены толстые, дверь добротная.

Одно из преимуществ современных домов, надо признать. За время жизни в Советском Союзе люди почти забыли, что такое приватность и личное пространство. Бетонные панельные коробки дают лишь иллюзию отгороженности от внешнего мира, не более того. Ни о какой звукоизоляции в те времена и речи не было.

Дверь открыл (о радость!) юноша лет двадцати на вид, худой, высокий, в очках на носу и с растрепанными волосами цвета меди на голове.