Солнце из черного камня

Рита, не скрываясь, пересекла открытое пространство перед домом, подбежала к зарослям цветов, осторожно раздвинула высокие стебли, доходившие ей до груди, и втиснулась в середину. Она осторожно присела на корточки и затаилась, прижав книгу, подаренную Семой, обеими руками к груди.

— Ты меня подставил! — услышала Рита голос Мастера.

— Мы, кажется, с тобой все обговорили. Не понимаю, что за паника. Сейчас лучше залечь на дно и не высовываться. Какого черта ты вообще притащился?

— Потому что нужно брать трубку, когда тебе звонят.

Я звонил. Ты не отвечаешь.

— Мы же, кажется, договорились, никаких звонков.

Я сказал, чтобы ты не приходил, пока все не уляжется.

— Но это срочно! Они все знают!

— Кто знает? Что знает? Да не трясись ты, объясни толком.

— Ко мне сейчас приходила Скоропадская. Мы должны вместе решить, как будем выпутываться.

Рита затаила дыхание. Возле ее лица розовый цветок дрогнул, растревоженный толстым шмелем. Она следила, как шмель втиснул мохнатое тельце внутрь граммофончика и цветок полностью поглотил его.

Рита слушала, пытаясь понять, какую роль в этой истории играет Павел и зачем ему все это надо.

— Придурок, во-первых, не мы, а ты. Не надо валить с больной головы на здоровую. Если ты неудачник, то это твои проблемы. Ты все это придумал со своими ритуалами, я к этому отношения не имею. — Голос Павла стал угрожающе-сиплым.

— Я просто пришел посоветоваться.

«И правда придурок» — Рита закатила глаза и тихо вздохнула.

— Раз пришел, так рассказывай. Что ей надо?

— Она знает про ритуал и про похищение Егора и второго, внука профессора Кораблева. Они ей все рассказали.

— А про меня она знает?

— Нет. О тебе речи не было. Она пришла договориться, чтобы я оставил их всех в покое. Типа Илья и Егор ее клиенты, — оправдывался Мастер.

— Что за идиоты. Связался я с вами. Надеюсь, у тебя хватило ума не рассказывать этой сучке о нашем ночном разговоре.

— Я ничего ей не сказал, но имей в виду, если она вздумает сдать меня полиции, я молчать там не буду.

— Ты пугать, что ли, меня вздумал? Спалился — разруливай сам. Я, пока на свободе, больше тебе смогу помочь, — рявкнул Павел, но через секунду, совладав с яростью, уже спокойнее спросил: — Она сейчас в полицию побежала?

— Нет, сказала, что не пойдет.