Солнце из черного камня

Два ордена Красного Знамени, серебряный портсигар с монограммой «Честному воину РККА от ВЦИК», черно-белая фотография в довольно хорошем состоянии, на которой был запечатлен худой человек со взъерошенными волосами, очень похожий на Павла. Один глаз человека на фото смотрел прямо, а другой чуть вверх, отчего лицо его казалось безумным. Но Илью интересовало только письмо доктора. Вот оно!

На кипе бумаг тыльной стороной вверх лежал конверт. Крупно размашистым почерком поверх склеек, картинок и букв было написано: «Сахаров Ф.

К.». Охранник не обманул. Письмо с именем того самого доктора Сахарова существовало. Кому оно было адресовано, непонятно, так как штемпеля действительно на конверте не оказалось. Строки с адресом и именем получателя пусты. Конверт был заклеен вверху и порван сбоку.

Илья вытащил из конверта сложенный вдвое листок бумаги, развернул его, и на лице отразилось удивление.

— Per Apollinem medicum et Aesculapium, — прочел он первую строку.

Медицинское образование не прошло даром. Илья без труда определил, что это латынь. Он узнал текст клятвы Гиппократа. После такого открытия уверенность, что письмо написано самим доктором Сахаровым, только укрепилась. Доктор, без сомнения, мог знать клятву Гиппократа на латыни. Только непонятно, зачем он написал этот текст. Для кого? Кто вскрыл конверт? Кто был получателем письма? Дед Павла? Нет, тогда не было смысла запечатывать конверт. Они могли поговорить лично, ведь дед Павла был пациентом доктора.

И главное, как это письмо оказалось в чемодане?

Неясный шум с улицы заставили Илью вскочить. Он так увлекся, что забыл, что находится в чужом доме. Будет скандал, если хозяин застанет его роющимся в своих вещах. Илья одним движением сгреб с покрывала в чемодан все, что успел оттуда достать. Пнул чемодан ногой подальше под кровать.

Только после этого обнаружил, что письмо доктора Сахарова все еще в его руках.

За окном мелькнула тень. Возможности вернуть письмо на место уже не было, и Илья сунул его в карман толстовки. Парень ринулся к выходу, на ходу придумывая, что скажет хозяину в свое оправдание.

Возле порога его остановил грозный окрик:

— Мордой в пол, руки за голову!

Вслед за голосом в комнате появились два человека в полицейской форме. Илья послушно бухнулся на грязный дощатый пол и почувствовал твердое дуло автомата между лопаток.