Однажды летом

Вика справилась с застежкой лифчика и обернулась к сестре:

— Тогда сделаю прическу попышнее…

— Смотри, чтобы твою голову потом не приняли за сладкую вату, опять полфлакона духов на себя выльешь и будешь благоухать, — Кира усмехнулась и вытащила копирку с раскраской. На столе остался переведенный рисунок, каждая деталь четко перерисована. — Отлично!

— Ладно, — пробурчала Вика и бросила платье на кресло к остальным шмоткам. — Значит, со стразами… ты мой ремень не видела? — зарылась в чемодан, но аксессуар куда-то задевался.

— Кажется, в комнате с периной, рядом с утюгом…

— Точно! — Вика бросилась за вещью. Ремешок действительно обнаружился на укрытом простыней столе, где бабушка гладила. Но сейчас Оля стояла на огороде в шаге от соседского забора. Задрав голову вверх с не слишком дружелюбным видом, она о чем-то разговаривала с дядей Аркадием.

«О чем они там болтают?» — Вика забралась на стол и приоткрыла форточку. Сквозняк донес до нее приглушенные голоса.

— Не вмешивайтесь, Ольга Игнатьевна, они же дети, — говорил Аркадий.

— Подростки, Аркаша, какие уж тут дети. Ты там, поди, из своих диссертаций не вылезаешь, совсем ничего не замечаешь. Гляди у меня! Я ж не посмотрю, шо ты ученый, если твои мальчишки вздумают мне девок испортить, я такой хай подниму, мало не покажется.

Вика удивленно захлопала приклеенными ресницами, и ее губы вытянулись в трубочку.

«Че это на бабку нашло?! На дядю Аркашу наезжает, ха-ха!»

Аркадий тяжело вздохнул и, сняв очки, устало потер алый след на переносице:

— Побойтесь бога, Ольга Игнатьевна, ну, в самом деле.

Вы же мудрая женщина! Что они там могут натворить, ну, полезли к соседу за малиной, так я его знаю, он поворчал для проформы и не более, а то, что скамью вам сделали, так вы бы порадовались, что парни при деле, а не шляются по клубам.

Ольге нечего было возразить. Покусав губы, женщина уперла руки в бока:

— Все равно я с них глаз не спущу.

Аркадий страдальчески закатил глаза.

— Молоко-то брать будешь или передумал, ась?! — Оля хитро прищурилась.

— Буду, — пробубнил Аркадий и протянул деньги.

Вика увидела, как из-под объемного капустного листа бабуля выудила банку и вручила соседу.

— Они сегодня в цирк собрались, — поделился Аркадий, приняв молоко.

— Да знаю, мои уже марафет наводят… И вообще, некогда мне с тобой лясы точить, огород не прополот! — и задрав нос, бабушка гордо удалилась.

Аркадий потоптался у забора и, улыбнувшись, тоже ушел.

— Ну, дела… — прошептала Вика и бросилась к сестре.