Грозовые ведьмы

Неужели думал, что лишь он один может пользоваться этим приемом? Мои глаза темно-карие, почти черные, и они тоже многое могут сказать.

— Это я, — отозвалась уверенно. Голос почти не дрогнул.

— Это вы, — повторил мужчина. — У меня есть к вам разговор.

Я чуть склонила голову, разглядывая его. Заметила:

— Знаете ли вы, что разговоры так не начинаются? Вы, уважаемый, забыли меня поприветствовать, поинтересоваться, как мои дела… В конце концов, вы даже не представились — и как позволите мне к вам обращаться?

Глаза рыбака потемнели.

Он стоял совсем рядом, и от его одежды — рубашки свободного кроя, темных брюк и длинного плаща — пахло солью, песком и океанской свежестью. Я решила вновь вспомнить о своем желании когда-нибудь жить у берега… А мужчина тем временем произнес:

— Вам незачем знать мое имя. Говорить здесь буду только я.

— Вы так уверены? — я усмехнулась.

Женщина по ту сторону стойки засуетилась, подскочила со стула:

— Разборки проводите на улице! Мне ещё не хватало, чтобы вы тут все разнесли.

Я посмотрела назад, на письмо, и попросила:

— Ничего с ним не делайте, пусть полежит тут. Думаю, все пройдет быстро.

Женщина неохотно кивнула, и я первой пошла к выходу. Рыбак, постояв несколько мгновений, последовал за мной, и мы оказались на сырой осенней улице вдвоем. Накрапывал дождь, и я осталась стоять под деревянным козырьком, тогда как мой собеседник, не боясь промокнуть, стоял под дождем, в шаге от меня.

— Я тебя прошу, — произнес он, — впрочем, такие, как ты, это не понимают… я тебе приказываю: прекрати все это.

— Не понимаю, о чем речь, — заметила я, впрочем, обо всем догадавшись. — И кто вы такой, чтобы обращаться ко мне на «ты» — да и, к тому же, что-либо приказывать? Бог? — я фыркнула.

— Кто такая ты, чтобы задавать подобные вопросы?

— Я — Каррен Илм, — напомнила.

— Знаю, — он наклонил голову и встретился взглядом с моими глазами. Синий океан… —Ты — Каррен Илм, дочь мэра и блудницы, и вчера ты, Каррен Илм, во всеуслышание заявила, что собираешься исследовать взаимодействия ведьм и людей.

Я улыбнулась.

— Если кто-то и Бог в нашем мире — так это мой отец. Но его указаний я не слушаюсь… думаешь, мне есть дело до твоих?

Он рассмеялся.

— Скажи это им, ведьмам. — Но тут же лицо его стало хмурым. — Я буду следить за тобой, Каррен Илм.