Гарри Поттер и глина Эдема

Гарри провел пальцами по запястью, где все еще виднелась тонкая полоска свежего шрама, ощутив под кожей продолговатое уплотнение. «Такой артефакт, — объяснила ему Герда Краузе перед операцией по имплантации, — мы вживляем всем взрослым членам братства. Однако в особых случаях его получают и ученики». После этого она пустилась в подробное перечисление функций, ограничений и принципа работы устройства, но Гарри уяснил для себя главное: имплант повышает защищенность организма, в том числе и от экстремальных температур, а заодно служит пропуском через порталы иллюминатов по всему миру, которые иначе можно пройти только совместно с одним из просвещенных.

— Все-таки мне не совсем понятно, просвещенная, — сказал Гарри, листая путеводитель, — тут пишут, что ежегодно по этому «пути Гёте» проходят почти двести тысяч туристов. Как получилось, что до сих пор никто из них не обнаружил никакого тайного послания? Если, конечно, Гёте действительно его оставил.

Эльза Фриз, сидевшая в вагоне напротив них, со снисходительной улыбкой извлекла GPS-навигатор и, включив устройство, развернула его экраном к друзьям.

— Причин сразу несколько, — сказала она. — Главная из них состоит в том, что пресловутый «путь Гёте», который расписывают в туристических проспектах, имеет весьма отдаленное отношение к местам, где на самом деле проходил автор «Фауста», и его приблизительно восстановили лишь на основании заметок Гёте по геологии. В отличие от того, который вы можете видеть на экране. Это — истинная траектория его последнего восхождения.

— Но откуда он у вас, просвещенная Фриз?

— Тоже из документов самого автора, которые до сих пор не публиковались. Он был так любезен, что нанес его на свои карты. Не так давно нам удалось найти их в одной частной коллекции.

— Здесь много миль, — нахмурившись, сказала Гермиона. — Чтобы подробно обследовать каждый участок этого пути, нам, наверное, понадобится не меньше года.

— Должно быть, владелец карт считал так же, поэтому он ничего и не нашел, как и его предки, от которых он получил их в наследство.

Но, как я уже говорила, Гёте трижды совершал восхождение на Броккен, и каждый раз документировал свое восхождение. И я догадалась совместить все три траектории на одной карте. То, что две из них пересекаются — практически неизбежно. А вот то, что третья пересекается с первыми двумя в той же точке — как минимум подозрительно.

— Разве не может быть в точке пересечения какого-нибудь места, которое Гёте все три раза хотел посетить? — спросил Гарри.