Гарри Поттер и глина Эдема

Все говорит о том, что пражский голем — позднейший миф, который выдумали лет на двести позже, чем умер бен Бецалель. Плохо это или хорошо, но, как писал сам Гёте, истина скрыта в глубине. На поверхности — только многочисленные заблуждения.

Час спустя навигатор издал трель, возвестив о том, что пункт назначения достигнут. Гарри огляделся. Вокруг них в беспорядке громоздились облепленные снегом гранитные валуны. Никаких следов деятельности человека здесь не было и в помине, ничего не привлекало взгляд и не производило впечатления тайного указания.

— Ну что ж, ребята, начинаем искать, — будничным тоном сказала Эльза Фриз, снимая с плеча портативный металлодетектор. — Вряд ли Гёте оставил здесь что-то из магических артефактов, это слишком привлекало бы внимание… Но какие-то следы могут быть. Обращайте внимание на все необычное.

Через полчаса тщательных поисков Гарри убедился в полном отсутствии чего-либо необычного. Несколько раз металлодетектор в руках Фриз загадочно булькнул, но она, взглянув на его дисплей, лишь отмахнулась, раздраженно пробормотав что-то про минерализованный грунт.

Ее лицо, беззаботно-оптимистичное в момент прибытия на место, становилось все мрачнее, пока, наконец, просвещенная не выпрямилась, стерев пот со лба.

— Что-то здесь не так! — воскликнула она, взмахнув детектором по широкой дуге. Детектор взвыл.

Эльза Фриз замерла, но через секунду с загоревшимися глазами шагнула в направлении массивного гранитного фрагмента, нелепо торчавшего из-под слоя снега, и направила металлодетектор к его основанию.

Раздался такой же вой, а на дисплее детектора цифры подскочили к вершине диапазона.

Отложив устройство в сторону, она принялась лихорадочно разрывать снег руками. Гарри и Гермиона бросились ей на помощь, и через пять минут совместных усилий в руках у просвещенной оказался небольшой металлический брус с исцарапанной темной поверхностью. Она тщательно оттерла его рукавом пальто, и под слоем грязи сверкнуло серебро с выбитыми на нем буквами латинского алфавита.

Эльза Фриз поднесла находку к глазам и пробежалась взглядом по тексту.

— Это… стихотворение, — сказала она. — Похоже на фрагмент «Фауста», но в поэме его определенно не было, это я точно знаю. Ни в одной из редакций, и ни в одном из черновиков Гёте, я изучила их все.

Гарри протянул руку и взял серебряный предмет в ладонь. Плохо читаемый текст на его поверхности гласил:

                         «Все преходяще.