Гарри Поттер и глина Эдема

Его обладателя в темноте разглядеть было почти невозможно, тем более что перед глазами Гарри по-прежнему плавали цветные пятна, но голос… Гарри готов был поклясться, что где-то уже слышал его, и прищурился, пытаясь разглядеть новоприбывшего.

— Ты уже здесь, старый друг? — поднял голову Дамблдор. — Позаботься о них. А нам пора возвращаться в Хогвартс.

— Но директор, — начала было Гермиона, — неужели вы хотите нас тут…

— Простите меня, ребята, — повернулся к ним чародей, поднимая палочку. — Для вас это будет лучше всего.

— Постойте! — испуганно воскликнул Гарри, отпрянув назад. Он наконец-то понял, чей голос слышал. Но было уже поздно.

— Обливиэйт! — произнес Дамблдор.

А потом была только клубящаяся мгла, неясный блуждающий свет и эхо голосов вокруг.

Глава 2. Пробуждение

Он ждал в безвременьи, и оно не кончалось. Он мог бы сказать, что это длилось долго, но совершенно не ощущал хода времени. Иногда без видимых причин его сознание или подсознание рождало мысли, и он переживал их, как будто со стороны.

Одна из мыслей была вопросом «существую ли я?», и он не сразу вспомнил, что такое «я». Когда же все-таки вспомнил, то пришел к выводу, что он, должно быть, не существует, и его это ничуть не обеспокоило.

Потом пришла боль. Боль не была сильной, но выводила из равновесия: что-то острое упиралось в спину. Он удивился: значит у него есть спина? Потом удивился тому, что способен удивляться, и внезапно осознал, что нет, он все же существует и даже имеет имя.

Его зовут Гарри, и он лежит на холодной и неровной каменной поверхности.

Гарри открыл глаза и сквозь разрушенный потолок Храма Творения увидел небо, по которому ветер гнал кучерявые облака, освещенные рассветным солнцем. Что с ним произошло? Он помнил, как стоял рядом с каменным алтарем вместе с Гермионой, когда их накрыло волной странной магии Дамблдора, и потом… Потом было безвременье, полное отсутствие чувств и мысли, возникающие из ниоткуда.

Он попытался встать, и все тело пронзила боль.

С трудом Гарри повернулся на бок, и только тут осознал, что на нем нет ни клочка одежды. Альбус Дамблдор оставил его в Храме Творения. Одного. Голого. Все еще не осознав произошедшего, он поднял взгляд и увидел, что рядом с ним лежит что-то темное и массивное, очертаниями схожее с человеком. Гарри протянул руку, чтобы коснуться его пальцами, но тут же отдернул ее. Это был голем — один из виденных им на алтаре, и он, Гарри, лежал рядом с ним.