Гарри Поттер и глина Эдема

Дисциплина, которую вы будете изучать на моих занятиях, имеет самое прямое отношение к задачам высшего порядка. Если совсем кратко, мы должны понимать, какие изменения в обществе вызовут те или иные наши инициативы. Знать — значит управлять, и глубинные законы истории — ключ к этому знанию… Вы что-то хотите сказать, Гарри?

Эльза Фриз была молода, красива и вела себя с непринужденной элегантностью королевы. Ее безупречная вежливость нисколько не мешала ей запросто обращаться к ученикам по имени, а вывести из себя ее было решительно невозможно: похоже, что она владела собой в любых ситуациях.

Свою тему она знала прекрасно, и не возникало вопросов, почему ей предложили присоединиться к Ордену, несмотря на жесточайший отбор среди маглов. Однако некоторые из ее суждений вопросы вызывали.

— Вы хотите сказать, что цель иллюминатов — контроль над миром? — спросил Гарри. — Профессор Квиррелл убеждал меня, что это совсем не так.

— И просвещенный Квиррелл прав, это не так. Орден не пытается управлять миром, он пытается управлять ситуацией, в которой находится.

Вы же не оспариваете наше право заботиться о своем выживании, ведь правда, Гарри?

Гарри полагал, что это правда, однако правда — скользкое понятие, когда речь идет о вопросах общественного блага. Ведь можно сказать, что и Волдеморт на свой лад заботится о своем выживании: приносит в жертву других людей, чтобы гарантировать сохранение собственной жизни.

— Но как это выглядит на практике, просвещенная Фриз?

Эльза Фриз мелодично рассмеялась, хотя ничего особенно смешного в своем вопросе Гарри не заметил.

Сложно было судить, являлась ли ее вечная жизнерадостность маской, под которой она прячет неуверенность, или ее действительно радовало и веселило решительно все, что происходит вокруг. Оставалось лишь принимать ее такой, какая она есть, тем более, что в бестактном поведении упрекнуть просвещенную было невозможно.

— Мы как раз и планировали изучать на практике то, о чем вы спросили, Гарри, — резко оборвав смех, отозвалась она.

— Ведь правда?

Гарри пожал плечами, но тему развивать не стал. Он не знал, насколько благовидны цели организации, частью которой они с Гермионой теперь являлись, но в любом случае не следовало спешить с выводами, не получив необходимого минимума знаний. В конце концов, никто не говорил ему, что они не вправе покинуть Айзентурм при желании. С другой стороны, покидать академию ему хотелось меньше всего.