Шиворот-навыворот. Глеб и Ванька

— В таком виде я не выйду!

— Как хочешь, тогда я пошел, — Гном нажал кнопку лифта.

— Да стой ты! Может, чего-нибудь другое придумаем?

Телефон в кармане Глеба разразился воплем: «Это я, твоя мама звоню!». Он выругался сквозь зубы и поднес аппарат к уху.

— Да. Мам… Тут такое дело… Нет. Нет! Мама… Я потом объясню… Я к Гному. Ну, мам… Ну, извини… Нет… Пока…

— Рассердилась? — сочувственно спросил Пашка.

— А-а-а… — Глеб безнадежно махнул рукой. — Хуже уже не будет.

Через две минуты из подъезда вышла скрюченная бабуля — кошмарное пальто, растоптанные войлочные сапоги, свалявшийся пуховый платок… Под локоток старушку заботливо поддерживал великовозрастный внук, заодно не давая той двигаться слишком резво.

Как только сладкая парочка сошла с крылечка на тротуар, рядом нарисовался один из черных громил:

— Извините…

Глеб скрючился посильнее и мелко затряс головой. Гном вопросительно уставился на мужика честными, полными желания помочь глазами.

— Проводится спецоперация, — сообщил черный.

— Посмотрите, пожалуйста, на фотографию. Вы сегодня не встречали этого молодого человека?

— Хм-м… Нет, вроде… Точно нет! — с сожалением ответил Пашка. — А что он натворил?

— Это рабочая информация, — отрезал мужик. — А бабушку вашу можно попросить глянуть?

— Да она того… Не в себе, — сообщил Гном.

— И все-таки.

Перед Глебовым низко опущенным лицом возник бумажный прямоугольник. Это была недавно сделанная фотография для школьного выпускного альбома.

Весь класс снимали перед самыми каникулами и снимки еще не отдали. «Откуда они ее взяли?» — удивился Глеб. Он спохватился, что слишком долго молчит, затрясся сильнее и неразборчиво промычал что-то отрицательное.

— Да, — с сожалением констатировал опасный собеседник. — Бабуля у вас, действительно того. Спасибо за сотрудничество. Всего хорошего.

Мужчина отошел. Приятели, стараясь не спешить, заковыляли прочь, подальше от преследователей. 

Только когда от дома их отделило не меньше километра, Глеб со стоном распрямился:

— Хватит! Возвращай мне нормальный вид!

— Прямо на улице? Нет уж, побудешь бабулькой, пока до моего дома не доковыляешь.

Это за все твои издевательства надо мной. И вообще, что тебе не нравится? Зачетная бабулька получилась, просто персик, — Пашка сложил пальцы щепоткой и чмокнул губами. — Моя, кстати, родная прабабушка.   

             

Глава 18.