Шиворот-навыворот. Глеб и Ванька

 

            Глеб краем сознания отметил, что глаза у братца тоже все-таки не такие как раньше — злые, колючие. Такой взгляд Глеб видел в детстве — когда на него, совсем маленького, наскочила лохматая грязная собака  и принялась отчаянно облаивать. Глеб тогда чуть в обморок не грохнулся от страха. К счастью, подбежал папа и страшно закричал на собаку, замахнулся подобранной палкой. Псина поджала хвост и бочком кинулась прочь. Но, перед тем как убежать, несколько секунд смотрела на трясущегося от страха Глеба именно таким взглядом — словно размышляла, укусить или не стоит.

            Брат повернулся и пошел в прихожую. Не оглядываясь, легко переставляя ноги в спортивных кроссовках — Рафты, подумал Глеб отстраненно, и когда успел купить?

            — Глеб, — сдавленно прошептала Снежка. — Ну, давай же!

            Глеб отрицательно мотнул головой.

            — Я… не могу.

            — Тьфу ты! — сплюнул Пашка. — Эй, погоди! Слышь, Вано, вернись-ка!

            Гном силком притащил упирающегося Ваньку обратно, поставил перед Глебом и заорал:

            — Ты что — совсем поляны не видишь? Протри глаза, колдун недоделанный! Это что, твой брат? Вот это чудовище — твой брат?!            Он схватил Ваньку за плечи и принялся вертеть как куклу.

            — Эй, — брат стряхнул с себя Пашкины руки и отскочил в сторону. — Совсем охренели?! Да пошли вы!

            Гном вцепился Ваньке в руку, не давай уйти и обвиняюще ткнул пальцем Глебу в грудь:

            — Ты когда-нибудь слышал, что он так выражался? А где же наш любимый английский?

            Действительно, подумал Глеб, он же совершенно перестал использовать свои любимые английские ругательства.

Значит, все-таки… Ладно, будь что будет! Только надо сделать все очень аккуратно. «Я осторожно», — мысленно пообещал он брату и попытался сосредоточиться. Как с учительницей, как с Юфой. Получалось плохо, Глеб даже зажмурился от напряжения. Потом ему вроде бы удалось поймать нужное ощущение.