Инкуб и оборотень. Хроники семейной жизни

 

 – Дааа… – простонала я, выгибаясь и с наслаждением растирая кулаком ноющую поясницу. Стон хоть и имел отношение к наслаждению, но я бы им с удовольствием пренебрегла – если бы спина не болела.

 – И от этого ты вдруг возненавидела нашу работу? – скептически вопросил муж, с интересом разглядывая меня, любимую, изгибающуюся в разных позах.

 – Нееет… – вырвавшийся из меня стон оказался более бодрым – массаж, даже самомассаж, великая вещь. Я тряхнула головой и пояснила: – Вернее, да. Из-за его содержимого.

 

Знающий меня как облупленную супруг хмыкнул (мол, не в первый раз слышу эту песню):

 – Проходи, чай пить будем. Я тебе колбасы купил.

Я встрепенулась. Волшебное слово «колбаса», да еще после целого дня беготни, да еще на голодный желудок, подействовало лучше всяких заклинаний. 

Через пять минут, вгрызаясь в бутерброд (жаль, конечно, что они оставались вершиной кухонного мастерства супруга, так хотелось иногда прийти домой и учуять с порога запах жареного мяса или картошечки, но желать подобного от инкуба – издевательство над его природой) я принялась жаловаться на судьбу.

Благо Валера работал аналитиком в нашей же конторе, так что имел все допуски, даже еще более секретные, чем мои.

 – Хм…

Я с надеждой воззрилась на задумавшегося после моего рассказа мужа – вдруг он сумеет мне объяснить, что происходит.

 – Он действительно белый маг-целитель?

Я усиленно закивала.

 – И проклинал некоторых своих пациентов, вместо того, чтобы лечить?

Амплитуда киваний усилилась.

 – И на допросе сказал, что во всем виновата карма?

Я немного обиженно (не на мужа, на арестованного) вздохнула и с сарказмом подтвердила:

 – Ты не представляешь, какую ерунду он нес, да еще с вдохновенным видом, словно его по темечку приложил… Осенило, то есть, и с тех пор ходит такой, просветленный. Теория у него, видите ли, собственная есть. Для того чтобы требующие его помощи больные получили лечение, часть из них должна пойти другим путем.

Это вкратце, как я поняла из его словоблудия, а уж трепать языком ни о чем он просто мастер, – констатировала я и пригорюнилась окончательно.

Да и было от чего. Светлый маг-целитель, занявшийся проклятиями, должен был потерять силу и угаснуть. Не терпит свет, особенно целительство, причинение вреда. А этот «вредитель» вполне бодр, белозуб и с косой до пояса. Беспощадно лучащийся здоровьем, как свинец силой перед превращением в философский камень.