Я — зеркало

— Садись, перекуси лучше. Знаю я, как в этих школах вкусно кормят. — Вообще-то, Саша не знала. Только слышала, как школьники частенько жалуются еду из столовой. У самой же девушки аттестат об окончании средней школы был нарисован. И, пожалуй, это было единственное, за что она была благодарна Кариму.

— Кто не учится, тот занимается общественно-полезным трудом, как мы, — вставил свои пять копеек Вано. Деньги, к сожалению, не сыпались с неба, и им с Сашей тоже приходилось делать вклад в общую копилку.

Лада подобное замечание проигнорировала.

Отсидеть парочку скучных уроков не было такой уж непосильной задачей в сравнении с раздачей листовок, которой её изредка запугивал Вано. Представить себя стоящей целый день посреди сотен глаз было довольно трудно. Лада всегда мастерски избегала людных мест — чувство неловкости покидало её только в одиночестве.

Девочка как раз заканчивала со своим завтраком, когда в их скромную обитель ворвался неуёмный ураган по имени Илья.

***

— Я жив, чёрт бы вас всех побрал! — оповестил некто особо голосистый, на что один мужчина поморщился, а второй чуть не выронил из рук сигарету.

— А вот и Илья, — усмехнулся Островский, всё также продолжив смотреть прямо перед собой. Открывающаяся взору картина Андрея нисколько не занимала. Он был погружен глубоко в себя, точно так же, как и его собеседник, прибывший ночью и убивший в нём всякие зачатки сна.

— Живучий, как таракан, — невпопад ответил собеседник, продолжив дымить. Островский стоял против ветра — дым летел в другую сторону, и он практически не чувствовал запаха, но всё равно прикрывал лицо тёмным носовым платком, всем своим видом показывая, насколько не принимает подобное пристрастие.

Впрочем, у Дымова не было иного выхода: в его случае предупреждение «курение убивает» на коробке от сигарет смотрелось куда ироничнее, чем обычно.

— Иногда мне кажется, что ты ему завидуешь, — заметил Андрей.

Дымов фыркнул, выпуская кольцо дыма и наблюдая за тем, как тот медленно растворяется на фоне подрагивающего рассвета.

Как ни странно, это успокаивало. Он и не думал, что пагубная привычка, завладевшая им ещё в школьные годы, обернётся его проклятьем. Карим всегда говорил ему, что он с самого начала был таким и своевременное поддержание здорового образа жизни его бы не спасло. Но Дымов всё равно думал иначе, а потому вид пышущего здоровьем и силой Ильи отчего-то не мог восприниматься им спокойно, вызывая постоянную рефлексию.