Я — зеркало

Бывайте, Ваше благородие…

Мужичок ловко допрыгнул до удаляющегося общественного транспорта и исчез за автоматическими дверьми. Карим смотрел ему вслед, словно провожатый, в одной руке сжимая грейпфрут, в другой — бутылку, так, словно те были скипетром и державой. Был на его памяти один такой любитель экзотических фруктов — Майор Швец, любил выпить, закусывая каким-нибудь мандарином. Не много ли призраков прошлого для начала дня? Надо будет обсудить это на сеансе у психотерапевта.

Размышления прервал звук оповещения — в последнее время Мастер повадился сообщать информацию смсками.

Координаты пришли как всегда вовремя, и, оставив дары в недрах ближайшей урны, Бесфамильный отправился на поиски нужного адреса, ведомый встроенным в смартфон навигатором.

Напевая себе под нос незатейливую песенку, Карим двигался вперёд, стараясь держаться под кронами деревьев. Дождь всё-таки пошёл, но мелкий, робкий, и хорошо бы, если бы он и вовсе не набрался смелости. Людей по улицам наблюдалось мало, и все они были какими-то неторопливыми, полусонными.

Как будто время в этом городишке шло в разы медленнее, чем для крупного города. Возможно, так и было. Возможно, в каждом городе или даже в каждом здании время текло по-своему — Бесфамильный вполне допускал такую мысль. Потоки времени никогда не казались ему однородными. Сейчас, ближе к полудню, они были окутаны лёгкой леностью, но всего через пару часов темп жизни начнёт постепенно ускоряться, чтобы ближе к полуночи снова сойти на нет.

Переходя дорогу, Бесфамильный заметил свежую разметку с делением на пешеходную и велосипедную дорожки.

Это его позабавило. Люди привычно ходили там, где им удобно, не готовые даже к таким маленьким инновациям. Сколько лет пройдёт прежде, чем их время догонит эту маленькую идею? А большую? Успеют смениться целые поколения.

Одинокий велосипедист пытался объехать мамочек с колясками. Он был родом из нового времени и, в отличие от Карима, в неоднородности потоков ничего не смыслил. Ругался, но тихо, уважая возраст женщин, а может, и сон детей, которые по времени уже впереди него на добрых двадцать лет.

Сам Карим был из далёкого прошлого, и хоть благодаря специфике профессии, приходилось постоянно адаптироваться к новым реалиям, был достаточно привязан к старине, что порой выливалось в довольно странные решения. Сейчас, например, он был не против ощутить в правой руке тяжесть клинка варяжской империи, того самого, что когда-то лишил его друга.