"Хранительница сказок"

- Марта, дурочка, ну, что ты воротишь от него нос, как Буратино от касторки!

- Потому, что он – враг!

- Несомненно! Именно поэтому вам и надо поговорить!

- На хрена? – изумилась я, внезапно переходя на совсем нехарактерную для меня неформальную лексику – То есть, пардон, зачем?

- Именно потому, что он – враг. А планы врага неплохо было бы знать! Например, зачем ты ему вдруг понадобилась? Давай мыслить логически: раз он вызывает тебя на созвон – значит, хочет вести переговоры.

- Ну да! Как Ришелье вызывал Д.

Артаньяна? "Переходи на нашу сторону"!

- Что-то вроде этого. Тебя же не убудет от разговора! К тому же, у тебя появится возможность выведать хоть что-то о судьбе Сказочника.

- И что мне теперь – в Департамент тащиться? – с тоской спросила я, вспомнив свои предыдущие походы в это заведение. Где мне обычно сначала говорили «денег нет!», а потом уже «здравствуйте». Денег у них нет никогда и ни на что. Сидят, гады, в своем мраморе и позолоте, увешанные поэтическими цитатами – и при этом без зазрения совести заявляют, что «поэзия к культуре не относится»

- В Департамент – не надо! Мало ли чем ваша беседа закончится? А то уедешь оттуда на полицейском «воронке» да еще в неизвестном направлении.

Назначь Советнику свидание в каком-нибудь нейтральном месте.

- Например, здесь, – встрял в нашу беседу хозяин кофейни. – У меня тут отдельный кабинет имеется. С видеонаблюдением, между прочим. Если что-то пойдет не так, прибежим тебя спасать.

- Спасибо, Жак! Я подумаю.

- А что тут думать? Звони! Пусть приходит – часика через три.

А я пока тоже сделаю пару звонков. Есть у меня на примете парочка крепких ребят. Не помешают в хозяйстве!

- Хорошо. Только я сначала домой схожу – переоденусь. Не хочу, чтобы Советник подумал, что мой парадный вид – специально для него…

В тайный кабинет я явилась в потертых синих джинсах и длинном клетчатом свитере. «Крепкие ребята» в модных спортивных костюмах зашли следом за мной и с невозмутимым видом обследовали все помещение.

А потом тихо удалились.

Советник сидел за столом, опершись локтем на какую-то папку с бумагами, а щекой на руку и наблюдал за происходящим с нескрываемым изумлением. Я плюхнулась на стул, стараясь не смотреть ему в глаза. Ни у кого не было такого проницательного, испытующего взгляда. Я почувствовала, как лихорадочный озноб пробежал по моему телу, но кое-как справилась с волнением. И теперь без лишней гордости, но и без лишнего смирения ожидала начала разговора.