Вознесение вампира

Фортовым он был пули не брали и любил буквально перегрызать горло противнику. Тогда я не понимал, но симптомы то видные.

Сложно не сравнить если видишь подобное с самим собой. Закончил Юрка плохо, его просто забрали молчаливые люди в форме и увезли в глухо затонированной машине. Не зря считается что самая главная банда - государство. В любом случае, лезть ради кого-либо против государства мы бы не стали. 

Тем более Юрку мы сами боялись и когда тот буквально исчез, вздохнули с облегчением. Вот только меня не радует повторить путь моего знакомого.

Но чисто ради эксперимента решил все-таки рискнуть. Жрать бомжа сразу мне претило, поэтому разработал целый план. Так как жил в частном доме (откровенно развалюхе, в которой только свет и есть) то немного преобразил подвал. 

Найти бомжа было не проблема. Напоил и под ручку привел домой. Можно было и оглушить, но так меньше внимания ко мне. Подумаешь товарищ тащит/ведет под ручку пьяного друга. Дома избавил его от одежды и помыл.

Теперь у меня есть питомец. Некоторые заводят кроликов. А вот я человека. Мне почему то, такое сравнение здорово смешило. Мучила ли меня совесть за то, что я хладнокровно планирую убить человека? Нет, мое прошлое здорово выбило из меня гуманизм. А его остатки я задавил волей. 

Приодел его в удобную и прочную одежду. Начал курс лечения, от алкогольной зависимости. Постепенно снижал дозу ежедневого алкоголя. Мне кстати на спирт пофиг опьянеть я не могу, организму он ни нужен.

Постепенно бомж становился человеком. Ему потеря ежедневной выпивки здорово расстраивало, но я старался заменить ему ее разговорами. Мне самому нравилось такое воспитание. А может я просто соскучился по собеседнику? Потренировал свою эмпатию повышая уровень дружелюбия ко мне и ненависти к алкоголю. 

Месяц и вот у меня в подвале новый человек, который старается ухаживать за собой, которому вновь интересна жизнь. Правда он считает, что я его лечащий врач, а сам он в государственном пансионате и скоро выйдет на свободу.

Мне даже как-то неловко стало его есть. Пришлось давить в себе не нужные порывы милосердия. В открытую мне так и не хватило решимости выпить его. Сложно это сделать если на тебя смотрят как на святого, вернувшего к жизни. Съел я его ночью, когда он спал.