Доля ангелов

Лихой ты казак, до сих пор тебя тут вспоминаем! Как ты ее охмурил-то, а? Прямо этот, как его, Козаностра!

— Казанова, — машинально поправил Сергей Иванович, с ужасом пытаясь вспомнить, о ком идет речь. Кажется, мелькало какое-то красное платье... кудри...

— Ну! Я и говорю — он! Ты чего звонишь-то, зачем тебе старик Петрович понадобился?

 «О. Петрович», — мысленно поставил зарубку в памяти Сергей. Успех надо было развивать, и Луцких, торопясь, описал свою беду. На том конце беспроводной связи посопели, похмыкали и жизнерадостно заявили, что «плевое дело, чего бы не помочь, только надо малость подождать».

 Через пять дней Петрович позвонил сам, прямо на работу и тоном императора Августа попросил коллег пригласить Сергея к телефону. Оказалось, что в небольшом райцентре совершенно зазря простаивает кабинет зубного врача, к которому прилагается еще и комната с мебелью.

— Езжай спокойно, — басил в трубку Петрович, — там все схвачено, кого надо я предупредил.

Работай нормально, можешь принимать клиентов, а хошь — так никого не принимай, не помрут. Диссертация, понимаю. Эх... мне бы твои годы, Серега!

 Горячо поблагодарив, Луцких уже собирался повесить трубку, но тут Петрович спохватился.

— Только это, Серега, — многозначительно сказал он, — там место такое... Ну... Вроде как нечистое.

— Грязно, что ли? — не понял Сергей, пожав плечами. — Ерунда, я помою.

— Не, — крякнул невидимый собеседник, — с этим нормально.

Я, типа, говорю, что нечисто... Ну, всякое там такое... Ну... Вот ты в привидения веришь?

 «Еще не хватало», — подумал подающий надежды и торопливо попрощался, заверив, что ко всему готов и все понимает.

— Ну смотри, — пробурчал Петрович, — я тебя предупредил.

 Городок оказался маленьким и уютным, весь в сонной зелени дубовых аллей и парков. Сойдя из вагона на перрон и не успев еще поставить на брусчатку увесистый дорожный саквояж, Сергей Иванович тут же был подхвачен кряжистым дядькой, на лице которого двумя черными гусеницами топорщились «брежневские» брови.

Дядька оказался армейским приятелем Петровича (от него Сергей наконец-то узнал, что имя Петровича — Иван, и что он «большая шишка в медицине нашего района»), посадил гостя в «УАЗ-Патриот» и домчал до места за десять минут.

— На отшибе, конечно, — извиняющимся тоном сказал Григорьич, как он сам попросил себя называть.