Доля ангелов

 Нового начальника отделения Интерпола террорист, разыскиваемый в двадцати странах мира, приметил сразу. В отличие от других дальнередькинцев, уж ему-то было хорошо известно, что такое этот самый Интерпол, и с чем его едят. Впрочем, мытарства только появившегося в городе Филиппа Айноа, лишившегося связи и чемодана, поначалу немного успокоили Анвара Ришатовича. Но потом все началось снова. Наблюдая, как неутомимый баск кружит по Буграм (старый пекарь жил через два дома от Марии Долорес), он уже чувствовал, как холодные наручники смыкаются на запястьях.

Конечно, можно было плюнуть на все и выкопать заботливо припрятанный на огороде ящик с пластиковой взрывчаткой, но с годами экс-Абдалла Саид совсем перестал чувствовать тягу к смертоубийству и подрывным работам. Оставалось одно... Апрельским утром, когда туман с городского озера только-только стал неохотно таять под лучами солнца, Анвар Ришатович стоял у палисадника и задумчиво изучал свой почтовый ящик, прикрученный к забору проволокой. Ящик был пустой и насквозь знакомый — но не подавать же вида, что заметил интерполовца, как всегда притаившегося за тополями на перекрестке и не отрывавшего глаз от калитки, крашеной в кирпичный цвет.— Анвар! Син кайда? (ты где?) — послышалось сзади. Досадливо поморщившись, пекарь оторвался от своего наблюдения вполглаза и обернулся.— Мин урамда! (я на улице) — зашипел он вполголоса. — Чего случилось-то? Ты зачем подскочила, ни свет, ни заря? Соседей побудишь!— Э, да какой сон? Давно шай шьем (чай пью), тебя жду, — отшутилась Юлдуз Сапаровна. — А ты все не идешь.— Иду, иду уже, — пробормотал Анвар Ришатович и повернулся, чтобы пойти в дом. Но тут что-то загрохотало, застрекотало в небе и откуда-то из-за холмов прямо над головой обомлевшего старика будто из воздуха материализовался черный, хищно вытянутый вертолет, перемалывавший лопастями утренний ваоздух. На борту вертолета красовались белые буквы INTERPOL. «Приплыли, бля», — совсем не по-татарски мелькнуло в голове у Анвара Ришатовича, который в этот момент отчетливо почувствовал себя Абдаллой Саидом бен Мубараком Аль Дахари.

* * * Рокот вертолета показался баску, дежурившему в кустах, трубой архангела Гавриила, не меньше. Филипп Айноа застыл на месте, ошеломленно разглядывая черную тушу, приземлявшуюся на траву. Из соседних домов ошалело таращились жильцы, кое-кто повыбегал на улицу, завернувшись в одеяла, растрепанный спросонья.