Море Имён

— Непохоже на тебя, — честно сказала Осень.

— Я был весь на нервах, — жалобно ответил Алей.

— Ладно, — сказала она. — А кто-нибудь ещё, не визионер, на вашем форуме выгорал? Такие случаи известны?

— Нет. Бывало, люди уходили, но не поэтому.

— Ты решил, что ты первый?

— Да. На форуме никто, кроме меня, не работал с семантическими ловушками. Они же расшатывают защиты. Я предположил, что видения могли начаться из-за какой-нибудь ловушки.

Осень задумалась. Алей смотрел на неё в тревоге.

— Ладно, — сказала она. И вдруг сощурилась: — Алик, когда я пришла, ты попросил меня рассказать про распечатки. А потом вскочил как ошпаренный и закричал, что релевантного ответа нет. Что случилось? Я имею в виду — о чём ты подумал?

Припоминая, Алей растерянно заморгал.

— Ты сказала, что я могу пропасть, — неуверенно выговорил он, наконец. — И я... и у меня возникла ассоциация. Как морозом по коже подрало. Я вспомнил, что можно пропасть из нашей параллели вообще, так, что предельным поиском не найдёшь.

Об этом ещё Ворон Вежин рассказывал. Я предположил, что поэтому и не могу найти Иньку и папу. Они угодили в точку перехода. Это невероятно, но другого объяснения я не вижу. И потом, с папой связана бездна... нетривиальных смыслов. Он же практически с того света вернулся. Если говорить о рассечении семантической сети, может ли быть рассечение глубже? Вот я и подумал, что он мог провалиться в другую параллель и Иньку за собой утащить.

Осень легко вздохнула.

— И как всё это называется? — поинтересовалась она. — Алик, то, что ты сейчас мне пересказываешь, и есть ассоциативный поиск.

— Сень, нет. Это просто логика. Цепь умозаключений.

— Но с чего она началась?

Алей озадаченно уткнул палец в середину лба.

За несколько часов он успел свыкнуться с мыслью, что способности утрачены навсегда: где-то в мозгу сгорели предохранители и механизм поиска вышел из строя. Он даже сумел логически обосновать это, понял причину, связал между собой разрозненные настораживающие факты.

Целую картину выстроил...

— Эта твоя ассоциация, — деловито говорила Осень, — которая возникла непонятно отчего, почти без всякой смысловой связи, но привела к верной догадке — разве это не предельный поиск?

Алей уставился на неё как кролик на удава.

Сладкий холодок окатил его плечи. Углы губ сами собой поползли в стороны. Алей приподнялся; озарение было почти физическим, почудилось, что в комнатке стало светлее.