Море Имён

Родился в Красноярске в 1972 году, переехал в Листву в девяносто шестом...

Предел — это достижение полной самореализации. Суть Предела сокрыта в мечтах человека. Что может ждать за Пределом сугубо делового, властолюбивого Летена Воронова?

Владелец заводов, газет, пароходов, мистер Твистер, бывший министр... будущий министр, пожалуй что так. Всё довольно просто, цепочка выйдет короткой, поиск не займёт много времени. «Вот и хорошо», — заключил Алей. Он не испытывал желания знакомиться с Летеном теснее.

— Я собираюсь найти ваш Предел, — сказал он, — и взломать его.

В просторечии — сломать вам судьбу.

Летен сощурился.

— Любопытно.

— Вы согласны?

Поляна нахмурилась.

— Я же сказал, что не верю в это, — заметил Летен. — Делайте, что вы там делаете обычно.

Алей поморщился. Сквозь спинку кресла, лопатками он чувствовал насмешливый полупрезрительный взгляд. Человек позади ощущался как нечто огромное и холодное... нет, не холодное, другое. Вершина спящего вулкана покрыта льдом, но в глубине его кипят камни.

Гора? И не гора тоже. Нечто из металла. Безграничные скрытые силы. Атомный реактор за надёжными экранами, многоступенчатыми защитными системами...

Поляну Алей тоже чувствовал. Она была меньше, в тысячу раз меньше и излучала в тысячу раз больше тепла. Пышущая жаром, как русская печка, прозрачная словно солнечный луч и мягкая как пух, она беспечно пристроилась подле страшного исполина. «Ночевала тучка золотая, — пропела память, — на груди утёса-великана...» Поляна светилась счастьем — и её мрачный возлюбленный рядом с ней становился светлее.

Во всём различные, они предназначались друг другу.

Поток ассоциаций, завязанный на субъективные ощущения, считался наименее надёжным методом поиска. Алей ничего и не собирался таким образом искать, просто дал волю любопытству. Хотелось посмотреть на рефракцию света любви.

Свет воистину был прекрасен.

Но даже делая скидку на малую надёжность метода, нельзя было игнорировать крайне странный ответ.

«Это слишком, — думал Алей.

— Слишком его много, этого Летена. Какой-то непомерно большой объект в ассоциативной картине. То ли это тоже субъективное? Я что, его боюсь? Нет, не боюсь. Тогда почему так?»

— Много это займёт времени? — спросил Летен.

«Занятой человек, — не без иронии подумал Алей и щёлкнул мышью, возвращаясь на главную страницу поисковика. — Давно не играет в игрушки. Такой бы в жизни к лайфхакеру не пошёл, а пёр бы, как танк, к своему запредельному... и свалился на полпути.