Твоя безумная Кэтрин

Мария Ильинична спустила очки на кончик носа. Девушка, цокая копытцами-каблуками, прошла к стойке. Васька чихнул. Наверняка, у него аллергия на белую шерсть. Или на каблуки.

– Милочка, – обратилась  гостья к пожилой женщине, и даже кот Васька понял, что это плохое начало. Очень плохое. – Мой брат здесь?

Бритоголовый охранник между тем втащил в холл розовый чемодан.

– А сие мне неведомо, – добродушно ответила старушка, но вязание отложила. Кот спрыгнул с подлокотника, распушил хвост, подбежал к стойке и единым движением взобрался на столешницу, занимая дежурное место.

– Да, как ты… – конец фразы девушка проглотила, увидев, что Мария Ильинична улыбается.

– Имечко-то у брата имеется, али ходит ненареченным, бедолага?

 – Я… да я… да ты…– исчерпав запас местоимений, она выложила на стол паспорт, словно самый важный аргумент. Обычная бордовая книжечка, даже без белоснежной, украшенной стразиками обложки.

Пожилая женщина взяла документ и раскрыла. Кот с интересом наклонил лобастую башку, а потом возмущенно прижал уши к голове, словно умел читать, и то, что было написано на этих страницах, ему очень не понравилось.

Вера Ильинична подняла брови, а потом она сняла трубку внутреннего телефона, набрала одну цифру, дождалась ответа и  произнесла:

– Назар Андреевич, тут приехала… Кэтрин.

От меня не укрылась короткая заминка перед именем. Представляю, что подумал Столетов, услышав его. А Мария Ильинична повесила трубку и с улыбкой произнесла:

– Хозяин сейчас спустится.

Девушка фыркнула, отошла от стойки и упала на кресло рядом со мной.

– Да, пожалуйста, – ответил вместо нее охранник, который, несмотря на бритоголовость, явно был хорошо воспитан. – Два номера рядом, будьте добры.

– А это, молодой человек, завсегда пожалуйста. – Мария Ильинична снова взяла паспорт девушки и повернулась к компьютеру.

Назар спустился буквально через минуту, волосы взлохмачены, рубашка застегнута неправильно, а в глазах даже не паника, в них растерянность и какая-то беспомощность, которую нечасто демонстрируют мужчины. Столетов посмотрел сперва на меня, потом на девушку в белом полушубке и, в итоге, остановил взгляд на чучеле медведя, словно оно могло дать ответ на его вопрос:

– Что здесь, черт возьми,  происходит?

– А то, дорогой братец… – начала говорить девушка.