Пробуждение

Подходите вместе с родителями и не задерживайте очередь!

 Антон был вынужден отступить, наблюдая, как его соперники один за другим исчезали в глубинах обиталища науки. Увидев, наконец-то, поднимающихся по ступенькам родителей, он бросился к ним, выплескивая все свое накопившееся раздражение. 

- Сколько можно вас ждать! Объясните этой старухе на проходной, кто я такой, а то она не верит моей фотке в паспорте.

- Погоди, не тараторь! – отец попытался унять отдышку после наспех выкуренной на улице сигареты.

 

- Ну же, быстрее!

 Отвоевав у бабки свое право попасть внутрь, они прошли без очереди и Антон, наконец-то, оказался у подножия главной лестницы, ведущий к кабинетам. Он прикрыл глаза, ощущая множество звуков, наполняющих огромное здание. Его старенькая одноэтажная школа в Пробуждении, в которой он за 11 лет изучил каждый уголочек, была ничем по сравнению с этим дворцом. Поднимаясь вверх по лестнице он, ощутил нежный трепет, свидетельствовавший о радостном предвкушении новой жизни.

 

 Указатели, расклеенные на стенах, привели Сергеевых к кабинету №25, на двери которой красовалась табличка «Приём документов по будним дням 9:00 – 16:00. Обед 12:00». Взглянув на часы, Антон в ужасе ахнул – стрелка показывала ровно полдень. Потянув за ручку, Антон убедился, что они опоздали – дверь была закрыта, а вокруг быстро распространялся запах еды.

- Что ж ты не посмотрел, во сколько у них обед? - Вздохнула Татьяна. – Теперь придется здесь еще час торчать.

- Может, если бы кто-то не курил…

 Антон развернулся и пошел к выходу, не желая вступать в перепалку с отцом.

Выйдя во двор, он спешно скрылся в зелени деревьев и то же закурил сигарету. Родители, конечно, догадывались о том, что он курит, но делать это при них ему не позволяла совесть. Рядом, на лавочке, расположились молодые абитуриентки, которые то и дело хихикали, косясь в сторону Антона. Он старался делать вид, что не замечает этого, в то время как всего его распирало от счастья. Он и раньше не страдал от недостатка женского внимания (ему, как лучшему другу Артурчика, предоставлялись определенные привилегии), но теперь, с его новой внешностью, у него были все шансы стать королем университета. Его приятные мысли омрачили не прошеные воспоминания о Яне, блюющем кровью. Если все это действительно правда, то он вполне может стать не королем университета, а королем психушки. Радужные картины о прекрасном будущем вмиг испарились, и на смену им пришла меланхолия.