Пробуждение

Твой брат не одобрил бы твой поступок!

 Осознав, что он прав, Марго обмякла у него на руках и раскрыла рот в беззвучном крике, направленном в ночную мглу. 

Финал

 День выдался на удивление тихим и безветренным. Жаворонки сновали в траве, покачивая тяжелые головки пижмы. Солнце, пребывая в своем зените, висело высоко над головой и нагревало железнодорожные рельсы, разнося металлический запах поездов. На безлюдной платформе  «Пробуждение», затерянной в зеленых лугах, на старой деревянной лавочке сидели двое.

 Девушка, одетая в джинсы и легкую белую футболку, с большим дорожным рюкзаком за спиной, сидела, положив голову на плечо парня. Парень, не смотря на жару одетый в джинсовку, курил и наблюдал, как чижики пересекали яркое голубое небо. В их головах не было никаких мыслей – позади была тяжелая бессонная ночь, которую не хотелось больше никогда вспоминать. Разморенные солнцем, они так и норовили сомкнуть отяжелевшие веки, но им нельзя было спать.

 - Знаешь, - ее язык заплетался от усталости, - я тебя никогда не забуду. Правда. Ты – самый классный парень в этом городе.

 Он слабо улыбнулся в ответ.

- Я столько всего хотела бы сказать тебе, но никак не могу собраться.

 Нет, дело было не в стеснении. За прошедшую ночь эти двое стали друг другу практически родными. Но проклятая усталость…

- Я забыла, во сколько этот поезд? – раздался женский голос за их спинами. 

 На проселочной дороге, вся покрытая пылью, красовалась желтая иномарка.

- Потерпи еще чуть-чуть. – Ян провел рукой по взмокшим волосам. 

 Ему уже и самому хотелось убраться с этого солнцепека, но больше ему хотелось, чтобы Марго поскорее уехала как можно дальше и увезла с собой весь ужас, который они пережили. Предыдущая ночь больше походила на дурной сон: они отмывали кровь со стен, заворачивали тела в пакеты, копали.

 Решение уехать Марго приняла совершенно спонтанно, и когда утром ему позвонила Эвелина, попросила отвезти ее на станцию. Теперь они навсегда разъезжались в разные стороны: он в Санкт-Петербург, а она…

- Куда ты направишься?

- Не знаю, - Марго спокойно пожала плечами. – Сначала в Москву, а потом – куда глаза глядят. 

- Не страшно тебе ехать одной?

- Мне теперь ничего не страшно.

 Повисло молчание, нарушаемое лишь пением птиц.