Странные жители странного города

А почему вас не было в жюри?

- Звали, но не пошел. Глупо все это. Такие конкурсы выявляют только технику. Ты, я вижу, техничный. Хочешь играть в моем оркестре?

- В вашем оркестре?

- Да, и в нем только ударные.

Я согласился. Репетиции проходили в каком-то ангаре в самом сердце окраин. Меня поразило количество людей в оркестре и разнообразие инструментов: наверное, все виды барабанов, наверное, со всего мира. Но еще больше меня поразил звук, когда мы заиграли. Я всерьез задумался: зачем еще какие-то музыкальные инструменты, когда есть барабаны.

Барабанщик (к своему стыду до сих пор не знаю, как его зовут) дирижировал нашим оркестром (до этого я не понимал смысла дирижерства).

Смуглый, сухощавый, с черными волосами и глазами, клинообразной бородкой он походил на какого-то адского духа. А может, и не походил – мне не с чем сравнивать.

В перерыве он сильно закашлялся, а потом долго говорил, что, когда он умрет (Сидевшая рядом со мной девушка прошептала: «Умрешь ты, как же…»), управлять оркестром будет лучший из нас.

Участники оркестра (особенно парни) с самого начала недобро на меня смотрели, а, когда мы всей толпой выходили из ангара, кто-то толкнул меня, я упал, ударился головой и потерял сознание.

Когда я очнулся, лежать было мягко. Ну еще бы – на чьих-то коленях! Моего лица коснулись тонкие пальцы с очень длинными ногтями, и надо мной склонилась девушка, как я не сразу разглядел из-за яркого макияжа, красивая. Вот, только где я видел похожие тонкие черты лица и почти такие же черные глаза и волосы? Кроме нас в ангаре никого не было.

- Ты кто?

- Лора.

- Красивое имя, редкое.

- Очень. В нашем доме еще четыре Ларисы, от семи до семидесяти лет включительно. Дурацкое имя.

- Не надо, мою маму так зовут.

- Я за нее рада, а ты до сих пор не представился.

- Саша.

- Красивое имя, а главное редкое.

- А что ты здесь делаешь?

- Да, вот, пришла к отцу, смотрю – никого нет, ты лежишь.

- Значит, я, по-твоему, никто?

- Не знаю, мы недостаточно хорошо знакомы.

- К отцу, говоришь? А я-то думаю, на кого ты похожа.

- И ничего не могу с собой поделать. Ты вставать-то сегодня собираешься.

- Собираюсь. Как совсем соберусь, так встану.

- Постарайся. У тебя, наверное, сотрясение.

- Да, было бы что сотрясать.

Я встал. Голова болела и кружилась. Мы с Лорой пошли домой. По дороге я разглядел ее получше. И фигура у нее вполне ничего себе, но Люба ничуть не хуже, да еще и говорить умеет.