Лёка

Катя переводила взгляд с меня на Нию, словно спрашивая:

― А это ещё кто?

Я слегка отстранилась от плачущей Нии, и сказала голосом, не терпящим возражений:

― Кать, познакомься, это Ния, моя подруга. Она сегодня у нас переночует. Ясно?

― Ясно, ясно, ― вздохнула сестра, с грустью глядя на груду пустых фантиков от конфет, ― вижу, вы уже поужинали, а почему меня не разбудили? Всё сами съели?

― Ния, это моя младшая сестра Катя. Она немного приболела

и должна лежать в кровати, ― недвусмысленно намекнула сестре «исчезнуть с глаз», но не тут-то было.

Проигнорировав мои слова, Катя подошла к плите, с грохотом начав поднимать крышки на кастрюлях:

― Тут же пусто! Ничего не приготовила… хочешь, чтобы я с голоду умерла? Чем же ты всё это время занималась? Обещала папе с мамой заботиться обо мне, а сама голодом моришь?

― Немедленно в кровать! ― рявкнула на обнаглевшую Катьку, ― и, видя, как она вздрогнула, смягчилась, ― сейчас приготовлю и принесу.

Сестра ушла, обиженно хлопнув дверью, а я усадила Нию за стол:

― Она, права, надо что-нибудь приготовить посерьёзнее бутербродов.

Кашу что ли сварить? Будешь?

Ния с энтузиазмом закивала. Я вздохнула, подумав:

― Ну вот, была у меня одна проглотка, а теперь их уже двое! ― и услышала, как Ния тихонько смеётся за моей спиной. Она сидела, опустив голову, но её плечи подозрительно вздрагивали.

― Ещё и мысли читает, что ли? Ну, дела… ― тяжело вздохнув, принялась готовить.

Через полчаса мы втроём сидели за столом, и я с умилением смотрела, как две девчонки уплетали за обе щеки, и, кажется, соревновались между собой, кто быстрее и больше съест. Такие разные и одновременно чем-то похожие друг на друга. За кашей с мясом последовали большая банка вишнёвого компота, потом они подъели всё печенье и вафли, а закончили апельсинами. И как только в них это влезло?

Пока я мыла посуду, краем глаза посматривала, как Ния и Катька о чём-то оживлённо разговаривают, да ещё и смеются.

Кто бы мог подумать, что эти двое так быстро поладят между собой. Что ж, это хорошо, значит, с Катей проблем не будет…

В это время раздался звонок. Сестра обрадованно схватила мобильный, который я ей вернула, и начала разговаривать с родителями Я ждала, что она вот вот проболтается, рассказав про Нию, и придётся снова что-нибудь выдумывать для оправдания. Но сестра оказалась понятливее, чем мне казалось.