Омут

Словно и не картошка вовсе, а какое-то невероятное ресторанное блюдо. И сало, порезанное тонкими полупрозрачными ломтиками, ледяными и твердыми. Холодец в прямоугольной эмалированной плошке, утка с яблоками, а, главное, необычайно душистый хлеб. Денис поднес кусок к лицу и всей грудью вдохнул уютный запах.

— Нравится? — толкнул в бок отец. — Баба Матрена всегда своим хлебом славилась! Сколько лет прошло, а все помню.

— Она в этом мастерица, — поддакнул дед Трофим. — Сейчас никто такие караваи не печет. Выродились, — он скорбно изогнул бровь, и от этого стал похож на обычного человека.

Впечатление нереальности рассеялось, как туман под ударами утреннего ветра. Старик больше не казался колдуном, а печка превратилась в нечто обыденное. Но вкус приготовленного в ней хлеба остался сказочным.

Бабе Матрене явно польстило, что её стряпня понравилась, и старушка принялась потчевать гостей с еще большим усердием:

— А вот карасики в сметане. Темочка с утречка наловил, помощник мой. Огурчики-то, огурчики забыла! — и, всплеснув руками, бабушка умчалась куда-то на веранду.

Трофим проводил её взглядом и повернулся к старшему гостю:

— Ну, так чего решил? Ночевать остаешься?

— Прости, дед. Не могу.

— Это ты зря. На чердаке вам постелим, там сено хорошее, духмяное. А утром Николай тебя до работы подкинет.

—Подкинет-подкинет, — баба Матрена водрузила на стол миску с маленькими пупырчатыми огурцами. — Ты пацана-то как, с собой потащишь?

Денис насторожился.

— Конечно, — кивнул папа и захрустел огурцом.

— Оставил бы… Места, что ли, не найдем? Или объест?

— Да у тебя тут и так целый филиал детского сада, куда еще одного?

— Не хочешь у неё, у меня оставь. Я внуков не нажил, меня не стеснит.

Папа неуверенно посмотрел на Дениса. Тот насупился: вечно у этих взрослых семь пятниц на неделе. Да и Артем вон, волком смотрит. Его понять можно, кому нужны гости, вокруг которых плясать заставляют?

— Не, я с тобой!

Папа демонстративно развел руками. Дед нахмурился, бабка едва слышно запричитала что-то о заморенных городом сине-зеленых детях.

— Наелись, пострелята? Так бегите, займитесь чем-нибудь. Нечего взрослые разговоры слушать.

Денису очень не хотелось общаться с хозяйским внуком. Но папа так посмотрел, что спорить расхотелось.

— Вы чего застыли? — обрушилась на внуков баба Матерна. — Темка, покажи Дениске деревню. На речку сходите.