Омут

Высвободилась и повернула к нему опухшую от слез мордашку:

— А мы сможем? Мы не умрем?

Денис решительно мотнул головой:

— У нас все получится!

Выглядел он очень уверенно, но понимал: можно обмануть других, но не себя. И все-таки сдаваться без боя Денис не собирался.

— Тогда... что надо делать? — Белка решительно вытерла слезы, и в то же время снаружи послышалось:

— Олька! Тебя где носит? Живо домой!

— Мне пора, — Белка соскочила с яслей и протиснулась к дверям. — Потом поговорим. Только обязательно, хорошо?

— Хорошо! — кивнул Денис.

Белка выскользнула наружу, и тут же снова послышался недовольный голос её бабки:

— Свет выключи, транжира! Нагорит, а платить кто будет?

Лампочка под потолком погасла. Денис зажмурился, чтобы поскорее привыкнуть к темноте. Звуки стали громче. Шумно дышала корова, похрумкивая своей вечной жвачкой. Над головой что-то шуршало, возможно, крысы. Денис поежился, но крысы были понятными и живыми, а значит — нестрашными.

Надо было уходить, но попадаться на глаза вредной бабе Софье не хотелось. Да и Белке могло влететь за незваного гостя. Поэтому Денис медленно досчитал до ста и соскочил с кормушки.

Вокруг воцарилась тишина. Не копошились в сене мыши, не дышала глубоко и шумно корова. Даже собственные шаги стали неслышными. Захотелось крикнуть что-нибудь, что угодно, лишь бы нарушить эту тишину, от которой начали болеть уши. Но из раскрытого рта не вылетало ни звука.

А со всех сторон ползло шипящее:

— Явилс-с-ся!

Вот теперь Денис испугался по-настоящему. Заметался, натыкаясь на стены, спотыкаясь о неровный пол. А потом упал на что-то большое и теплое. Корова дернулась, вставая, и отшвырнула Дениса в сторону. Под ноги попался какой-то мягкий комок. Тут же стало больно, а сквозь непроницаемый заслон пробился непонятный вой.

Тишина взорвалась миллиардами звуков. Шуршание, хруст, дыхание, стрекот… Они вонзались в уши тонкими иглами, но громче всех было раскатистое:

—У-у-умя-я-яу-у-у!

Разъяренный кот самозабвенно полосовал все, что попадалось под лапы.

Прохладный воздух наполнил легкие, остудил пылающий лоб. Ноги горели. После прикосновения пальцам стало мокро и липко от крови.

Аккуратно, чтобы не потревожить бабу Соню, Денис скользнул за калитку и припустил к дому.